Он выглядел задумчивым и непривычно серьезным. Дива что-то беспокоило и требовало всего внимания юноши. Черная мантия посреди белого великолепия походила на разлитые чернила на снегу. А волосы мерцали серебром, являясь прямым свидетельством магии в крови дива.

– Я вас понял. Идемте, – пробормотал мужчина, направляясь к неприметным дверям.

Библиотека Туриса была правда слишком большой. Даже удивительно, что подобное место существовало вдали от главных обителей орденов. Оно сохранилось, находясь в людском городе.

Комната, в которую нас привели, выглядела гораздо скромнее, чем главные залы, – тесная, заставленная шкафами, и со стенами, обшитыми темной древесиной. Пыль вперемешку с ароматом лаванды, чьи подсохшие веточки стояли в вазах из аквамаринового стекла, говорили о том, что помещение давно не проветривали. Было душно. Даже светлые занавески на окнах выглядели серыми. Казалось, прикоснешься – и замараешь руки.

– Это здесь. Можете осмотреться, – произнес мужчина, останавливаясь у порога.

– Вы выдаете книги? – повернувшись к смотрителю, поинтересовался Люций.

– Эм-м, нет. Больше нет. – Библиотекарь опустил взгляд. – Но мы круглосуточно открыты. И порою принимаем путешественников, которые приезжают, чтобы изучить наши собрания.

– К сожалению, у нас не так много времени, – покачал головой Моран, всем своим видом выражая досаду.

Смотритель бессильно развел руками.

Я направилась к полкам, внимательным взглядом скользя по корешкам. Все труды, как и говорил библиотекарь, были на фларканском. Древние символы на переплетах поистерлись, но так глубоко въелись в кожу, что окончательно сделать их нечитаемыми мог разве что огонь. Взяв один из фолиантов, я почувствовала пыль на пальцах – она и правда была здесь повсюду.

Ценные труды хранились без должного ухода, и это огорчало.

– Вы оставите нас? – спросил див за моей спиной.

– А-а-а? – невпопад отозвался мужчина. Наверное, он о чем-то задумался.

– Мы хотели бы заняться своими поисками в одиночестве. Так легче сосредоточиться, – пояснил Люций.

Смотритель согласился, и вскоре послышался звук закрываемой двери, сопровождающийся тихим скрипом давно не смазанных петель. Но повисшее молчание не продлилось долго. И вопреки заведенному обычаю, нарушила его я.

– Я здесь бесполезна, – негромко произнесла я, поворачиваясь и протягивая труд приблизившемуся Морану. – О чем она?

Страницы фолианта оказались лилового оттенка – при создании бумаги наверняка использовали какой-то краситель. Именно эта особенность и привлекла мое внимание, заставив взять книгу в руки.

Люций мельком глянул на переплет и вдруг иронично усмехнулся:

– О вине. – Заметив на моем лице недоверие, он принял книгу и, пролистывая, добавил: – Здесь правда всего лишь рецепты вина. Хотя описание весьма любопытное… – Его голос прозвучал заинтересованно. – Ты же любишь вино?

– Немного.

– Я не сомневался. Все даэвы любят вино. – Он задумчиво отложил книгу на подоконник, не спеша возвращать на полку.

Мы приступили к поискам. Я бродила между книжных шкафов, рассматривая корешки книг и иногда доставая их и пролистывая. Моран изучал полки с трудами куда более внимательно. Его губы шевелились, беззвучно переводя древний текст.

Уютная тишина нарушалась лишь звуком наших шагов и шорохом страниц.

Так минул почти час.

Возвращая очередную книгу на свое место, я на мгновение застыла, увидев лицо Морана между полками. Он глядел на меня. В глазах, подобных грозовым облакам, словно мелькали молнии. Див будто что-то задумал, и его внимание не обещало ничего хорошего.

– Что ты так упорно ищешь?

Я односложно сказала:

– Рассматриваю знаки.