— Бонжур, месье Зиад. Чего желаете?

— Что-нибудь легкое для желудка.

— Есть замечательный напиток. «Alka-Seltzer».

— Нет, — оборвал Юсеф. — Что-нибудь покрепче.

— В таком случае «Fernet-Branca», месье, — быстро произнес содержатель бара. — Старое, но до сих пор непревзойденное средство.

— Беру. Двойную порцию.

— Двойную, месье? — владелец бара с сомнением посмотрел на него.

— Да. И поживее!

Юсеф разозлился. Почему ему всюду должны ставить препоны?

— Прошу вас, месье, — содержатель бара поставил перед ним бутылку и наполнил стакан темно-коричневым ликером. — Будьте осторожны.

Юсеф презрительно посмотрел на него. Французы вечно норовят поставить на своем. Он поднял стакан и опрокинул себе в глотку. Его на мгновение оглушило — словно что-то взорвалось в горле. Зажав рукой рот, Юсеф со всех ног бросился в туалетную комнату.

Майкл Винсент был настроен исключительно благодушно. Он открыл дверь и с улыбкой протянул Юсефу руку.

— У меня хорошие новости. Я вчерне закончил сценарий.

Юсеф встретил это сообщение без энтузиазма.

— У нас возникли проблемы, друг мой. Нужно кое-что обсудить.

Винсент внезапно почувствовал смертельную усталость. Он знал, что на языке дельцов кинобизнеса «проблемы» означали смертный приговор. Однако он был слишком умен, чтобы высказываться напрямую.

Юсеф пристально смотрел на американца. Продюсер был трезв как стеклышко — впервые с тех пор, как они познакомились. Надо же было этому случиться именно сегодня. Юсеф чувствовал бы себя значительно увереннее, имей он дело с пьяным.

— Я позволил себе вольность заказать столик внизу, — сказал он.

— Прекрасно. Я как раз не завтракал и чертовски проголодался.

— Что будете пить?

Винсент покачал головой.

— Я никогда не пью на пустой желудок.

Они уселись за столик, и Юсеф подозвал официанта.

— Мы бы хотели посмотреть меню.

— Есть превосходная лососина, месье Зиад, — предложил официант.

Юсефу было все равно.

— Великолепно. — Он повернулся к своему спутнику. — Как насчет вас?

— Согласен.

Юсеф выругался про себя. Этот человек раздражал егосвоей покладистостью. Он-то надеялся, что Винсент напьется.

— И бутылочку доброго белого вина, — добавил он.

Официант склонил голову и отошел. С минуту оба молчали. Первым заговорил Винсент.

— Вы говорили о каких-то проблемах.

— Да, — серьезно ответил Юсеф. Он принял решение действовать напрямик, как это ни было противно его натуре. — Я только что получил инструкции расторгнуть договор.

Ни один мускул не дрогнул у Винсента на лице. Он только еле слышно вздохнул.

— Я ждал чего-нибудь подобного. Это было слишком хорошо, чтобы длиться.

— Вы не удивлены?

Продюсер покачал головой.

— Нет. С тех пор, как несколько недель назад я прочитал в Голливудской газете, что еще одна компания будущей весной начинает съемки фильма о Пророке, у меня не осталось никаких иллюзий.

Юсеф почувствовал облегчение. Так вот в чем дело! По крайней мере Винсент ничего не заподозрил.

— Так и есть, — бесстрастно подтвердил он.

— Не будем делать из этого трагедию. Если бы вы столько же, сколько я, проработали в кинобизнесе, то знали бы, что бывают ситуации и похуже.

— Необходимо обговорить еще одно малоприятное обстоятельство, — произнес Юсеф.