– Просто удивлен, что ты хочешь остаться.

Я пожала плечами.

– Я и хочу, и не хочу.

Он поцеловал меня, разворачивая мое лицо к себе, так что поцелуй плавно становился грубоватым. Хороший поцелуй, заставивший меня задержать дыхание.

– Мы можем уйти в наш номер или же можем остаться.

Я улыбнулась ему.

– Ты предлагаешь мне приватный танец?

– Абсолютно приватный, самый приватный из тех, которые я танцую. – Он улыбнулся, говоря это, и это была прекрасная улыбка. Улыбка, которая подразумевает единственно верный ответ.

– Пойдем.

– Кит, – позвал вампир, подходя к нам, – я не знал, что ты будешь здесь, да еще и с брюнеткой. – Люциан посмотрел за наши спины на кушетку и все еще лежавшую без сознания невесту. – Разве ее подружки ей не расскажут?

– Он не Кит, – проговорил танцор с белыми волосами. – Он похож на Кита, но пахнет он иначе. – Танцор скользнул к нам, пытаясь окружить нас, но Шадвелл и Роу подошли ближе и он отступил.

Стриптизер улыбнулся им, потом нам, и продолжил:

– Вы, вампиры, всегда полагаетесь только на глаза. Разве вы не чувствуете это? Он один из нас, и она тоже.

– Вертигр? – с интересом спросил Люциан.

– Нет, – ответил танцор и подошел достаточно близко, чтобы вторгнуться в наше личное пространство. Он втянул воздух рядом с нами.

– Волк и кто‑то еще… – Он подвинулся еще на несколько дюймов ближе. Я могла ощущать его ауру, как жар, исходящий от его кожи.

– Назад, – скомандовала я.

Он фыркнул над самой поверхностью моего лица. Выброс энергии был большим, резким, как электрический разряд, прошедший вдоль моей кожи.

– Я не знаю, кто ты, – прошептал он.

– Она просила отойти, – Роу встал передо мной, чтобы удержать вертигра. Я была рада любой помощи. Эта энергия пробудила что‑то во мне, дошла до того темного места, где прятались мои звери. Я задышала сквозь эту энергии, стараясь сконцентрироваться. Я могу это сделать. Я специально тренировалась. Я могу управлять своими животными, всеми ими, по большей части. Черт, тигр был самым новым из них, а новое, еще не значит хорошее.

Я облизнула внезапно пересохшие губы и сказала:

– Роу, Шадвелл, проводите нас к дверям.

– С удовольствием, – откликнулся Роу.

Шадвелл подошел, чтобы присоединиться к нему. Они оттеснили танцоров.

– Почему вы уходите? – спросил вертигр. – Останьтесь и поиграйте с нами.

– У вас здесь куча женщин, которые с вами поиграют, – отозвалась я. – Я вам не нужна.

– Но они не такие живые, как вы, – заметил вертигр.

Тут вмешался Чак:

– Вас наняли развлекать гостей невесты, а не наших… посетителей.

Они обернулись и посмотрели на него. Лицо вампира ничего не выражало. Вертигр посмотрел на него вопросительно, будто теряясь, что делать дальше. Но в глазах было понимание, что добыча уходит. Это было очень странное выражение для человеческого лица. Но это не был кошачий взгляд. Этот взгляд вы увидели бы, если бы кошка могла думать, как человек, все еще сохраняя при этом свои повадки. Это открыло бы очень много возможностей.

Я подавила вспышку чего‑то глубоко внутри меня. Вспышка оранжевого и желтого. От дерьмо. Одной из причин, почему у меня были проблемы с тиграми, то, что во мне он был не один. Один из них был обычным тигром, которого я получила, как другие жертвы нападения ликантропов, а другого мне дала в качестве то ли подарка, то ли предупреждения, Мамочка Тьма, Мать всех вампиров.