— Сказал… — она прочертила пальцем линию вдоль его тела. — Ты тогда был прав.

— Что? — Саша подпрыгнул, уложил ее на спину и навис сверху, пристально вглядываясь в глаза. Девушка молчала, просто не зная, что еще сказать. — Поясни, пожалуйста, — так и не дождавшись ответа, попросил он.

Наташа пожала плечами, отвела глаза в сторону.

— Чего там пояснять? Ты же всегда рядом, ну, и сам подумай, с самого детства никто не шел с тобой ни в какое сравнение. Все были какие-то не такие… Вот я, наверное, и влюбилась. Я ж знала, что сестренка и все, а Яна красивая и было немножко больно, не удержалась тогда.

— А потом? — Санька ненавидел себя до глубины души. Немножко больно? Когда любишь, не бывает “немножко”. Как можно было быть таким кретином?

— Потом мне стукнуло пятнадцать, и я как-то сумела переболеть.

— Девочка моя, — шепнул он, приподняв ее с постели и прижав к себе. — Прости меня.

— С ума сошел? Я же просто рассказала, чтоб вроде как не скрывать. Да, и потом, чего бы ты со мной мелочью четырнадцатилетней делал? На карусели водил и мороженным кормил?

Саша невесело усмехнулся.

— Лучше б я тебя на карусели водил и мороженным кормил, чем делал то, что делал.

Она обняла мужа.

— А мне все нравится. Пусть будет так, как есть.

— Я люблю тебя.

— И я люблю тебя.

Двое не слышали как в комнате этажом ниже были произнесены те же фразы.

***

24 сентября

Среда

— Айзя, это ж караул! Как ты с ними справляешься? — проговорила Наташа, удачно увернувшись от новой стаи бугайного вида джентельменов, пронесшихся по коридору корпуса.

Подруга улыбнулась.

— Не боись, Натал. Самое простое позади. Впереди самое грустное.

— Это как?

— Первый курс.

Девушка рассмеялась.

— А почему грустное?

— Там караул. Возрастные нестыковки. Кто-то фантиками плюется, кто-то на свидание приглашает.

— То есть вот эти пятикурсные лбы с возмущениями, что ты тупая женщина и ничего не понимаешь, — это еще нормально было?

— Что-то типа.

— Вот блин!

Айзя улыбнулась.

— Ты сама хотела глянуть. Ну, как пойдешь к нам работать?

— Не-е, я лучше с Мишаней еще годик посижу и нормальную работу искать буду.

— Предательница.

Девушки миновали коридор, поднялись по лестнице, Айзия взяла ключ, и они отправились к триста сорок шестому кабинету.

От голдящей толпы разношерстных студентов Наталка поначалу шарахнулась.

— Их же человек тридцать!

— Тридцать три, — улыбнулась подруга. — И поскольку первый курс и сентябрь месяц, они пока ходят на занятия всем составом.

— Твою мать!

— И я о том же.

Наташа подождала пока все рассядутся. Кабинет оказался на удивление мелким, так что ей на выбор оставалось два места: либо на задней парте у стены рядом с каким-то мальчишкой, либо рядом с Айзей. Девушка пожала плечами и под взгляды немого удивления дошла и опустилась на стул первого варианта. Парнишка осторожно покосился на нее из-под бровей.

— Не бойся, не съем, — зачем-то улыбнулась она. Ответа не получила, пожала плечами и принялась слушать лекцию в исполнении лучшей подруги.

***

Артем лежал на кровати, глядя в потолок.

— Не бойся, не съем.

Фраза продолжала звучать в опустевшей от всяких мыслей голове.