— Вроде нет, — протянул я, мысленно пробегаясь по своему списку. — Разве что… почему надел называют проклятым?

— Ерунда, — отмахнулся Яков Иванович. — Наверняка там засела шайка бандитов или съехавший с катушек перевертыш.

— Действительно, ерунда, — с сарказмом согласился я.

— С тобой будет Демид, Макс и Леший, — пожал плечами директор. — Не вижу проблемы.

— Что ж, — протянул я, радуясь про себя, что Леший всё-таки поедет с нами. — Тогда вопросов вроде как и нет.

— В таком случае, я тебя больше не задерживаю. — Яков Иванович бросил взгляд на висящие на стене часы и потянулся к статуэтке. — Через две минуты у меня совещание в Попечительском совете. А ещё через час в Малом совете княжества.

— Понял, — это был непросто намек, явное руководство к действию. — Спасибо за чай, Яков Иванович. Не подскажете, где сейчас мой класс?

— Через пару минут у литеры «Аз» начинается Инженерное дело, — тут же отозвался директор. — Кстати, от Агапыча поступил запрос на прием трех дюжин УГов. Дионисий не соврал. Обещанные УГи прибудут буквально с минуты на минуту.

— О! — я мгновенно приободрился. — Отличная новость! Ну все, я побежал.

— Михаил! — окликнул меня директор. — Я понимаю, что разговор был долгий, и ты устал и что тебе не терпится увидиться с ребятами, но у меня к тебе будет последняя на сегодня просьба.

На сегодня… Вот ей-Богу, поскорей бы уже свалить от этих просьб в свой надел!

— Перед тем, как ты направишься в мастерскую к Тарасу Ивановичу, зайди, пожалуйста, к Ольге Ивановне.

К Ольге? Вот это поворот!

— Хорошо, — осторожно согласился я. — Но зачем?

— Как бы тебе сказать, — директор пожевал губы и скривился, будто магиня доставила ему больше проблем, чем все северяне вместе взятые. — Она некоторое время находится под домашним арестом из-за….

— Да, я в курсе, что у неё зуб на Толстого, — кивнул я.

— Так вот, — директор даже не удивился моей осведомленности. — Не знаю каким образом она узнала, что ты прибыл в гимназию, но перед нашей беседой мне была доставлена записка.

Он с явным раздражением швырнул мне белоснежный конверт.

— Я понимаю, что это все очень странно и… глупо, но зайди, а?

— Зайду, — пообещал я, разворачивая письмо. — Ого! Она что, с ума сошла?

На белом листе была написана всего лишь одна строчка. Зато какая!

Уважаемый Яков Иванович! Прошу дать мне возможность переговорить с Михаилом Ивановым. В противном случае я покончу с собой.

Глава 5

— Яков Иванович, это не серьезно, — я покачал головой, — какая-то дешевая манипуляция.

— Думаешь, я не понимаю? — скривился директор. — Ситуация глупейшая, но надо, Миша, надо.

Я очень хотел спросить кому надо, но сдержался. И так было ясно, что у директора планы на Ольгу, но… как же мне все это надоело!

Очень раздражают взрослые люди, которые ведут себя, словно инфантильные подростки!

— Ольга курирует несколько очень важных проектов, — Яков Иванович, видя мои сомнения, выбрал единственно верную тактику, — Без неё нарушится несколько необходимых цепочек, да и гимназия потеряет отличного специалиста.