Тревису стало худо. Так вот какую награду они получили за верную службу скирати.

– Вроде Мюррея?

– В некотором смысле. Он не изменил их тела, только кровь… Она была заражена. Я знала, что к ним нельзя приближаться.

– Мне было трудно сделать точный выстрел, – признался Тэннер. – К счастью, мистер Дирк очень умело обращается со своим большим ножом.

Взгляд Тревиса переместился к мечу, который Дарж продолжал сжимать в руке. Клинок потемнел от крови.

– Значит, «Походу за Чистоту конец», – сказал Тревис. – Все!

– Нет, Тревис, пока еще нет, – возразил Сарет, которого била дрожь.

Он сказал, что его не трогали, но Тревис в этом сомневался. Синяки под глазами и впалые щеки говорили о многом. По скорбной линии рта Лирит он видел, что от ее внимания не ускользнуло тяжелое состояние Сарета. Она так крепко вцепилась в его руку, словно не собиралась ее больше выпускать.

– Что ты имеешь в виду? – спросил Тревис.

Сарет облизнул губы.

– Волшебник. Я слышал, как он разговаривал с лордом Локком. Я не видел его, но… голос. Как шипение змеи. Наверное, это он. Мне мало удалось разобрать, но они упоминали «Голубой колокольчик». А потом произнесли имя, которое я узнал.

Тревис почувствовал, как прилипла к спине пропитанная потом рубашка.

– Какое имя?

– Джек Грейстоун.

Тревис вскочил на ноги. Его вдруг затошнило. Поморщившись, он выплюнул сгусток крови и осколки зуба.

– Тревис, ты ранен, – сказала Лирит. – Твоя челюсть. И рука…

– Пустяки. Мы должны немедленно вернуться в «Голубой колокольчик».

Дарж опустился на колени, обнял Сарета и поднял морниша легко, словно маленького ребенка. Морниш очень страдал, но не издал ни звука, лишь сильнее стиснул зубы. Лирит протянула руку, чтобы Тэннер мог на нее опереться, и Тревис повел свой маленький отряд к оставленному перед входом на ранчо фургону.

Казалось, дорога назад заняла у них целую вечность. Когда они добрались до фургона, наступила ночь. Они положили Сарета сзади, и Лирит пристроила его голову у себя на коленях. Тэннер, лицо которого посерело от усталости, сел рядом с ней.

У них был ужасный вид, даже у Даржа. Его рубашка пропиталась кровью, очевидно, одна из пуль задела бок. Несколько дюймов в сторону, и пуля попала бы рыцарю в сердце.

– Почему, Тревис? – спросил Дарж, взобравшись на место кучера. – Почему скирати интересует Джек Грейстоун?

Тревис устроился рядом с ним.

– Не знаю, Дарж, я…

Рот наполнил металлический вкус крови.

– В чем дело, Тревис?

Тревис знал, чего волшебник хотел от Джека. Перед тем, как они ушли из пансиона, Джек сказал ему несколько слов, которые встревожили Тревиса.

Ты мне понравился, и я с нетерпением жду продолжения нашей дружбы. Буду очень разочарован, если все закончится не так, как ты говорил…

– О, Господи, – тихонько проговорил Тревис. Его трясло. – Вот чего с самого начала хотел волшебник. Не вернуться назад, а сделать так, чтобы никогда сюда не попадать.

– То, что ты говоришь, Тревис, не имеет смысла.

– Как ты не понимаешь, Дарж? Он хочет сделать так, чтобы этого вообще не произошло.

Рыцарь покачал головой.

– Чему он хочет помешать?

– Наступлению будущего.

Из задней части фургона донесся стон, когда они выехали на особенно разбитый участок дороги. Тревис обернулся через плечо. Луна взошла над горами, и в ее тусклом свете он увидел, как склонилась над Саретом Лирит, удерживая его голову в своих ладонях.