|
Отчасти у него это получилось, секира, вместо того, чтобы располовинить каменную башку, обрубила каменное же ухо. Почувствовал ли монстр боль, или потерянное ухо было для него дорого по каким-то неведомым причинам, но он испустил нечеловеческий вопль и ринулся в атаку. Нанок пригнулся, избегая удара, и одновременно отпрыгнув назад. При этом он сбил стоящую поодаль Тилу, за что удостоился изощренного эльфийского ругательства на эльфийском же языке. Одно слово, впрочем, было произнесено на Всеобщем - варвар. Нанока изрядно заинтересовало прилагательное, которое сопутствовало этому слову. «Пиньгатэ», так оно звучало, и варвар посчитал, что это слово надо запомнить. В рамках расширения лингвистических способностей. Как знать, может быть ему придется еще однажды написать диссертацию на тему «Семантические предикаты в эльфийском языке». Или еще какую хрень в том же духе.
Кулак голема выбил из стены изрядных размеров камень, и варвар оценил силу удара. Он, Нанок, такой камень нипочем бы не выбил, даже если бы орудовал киркой, а не кулаком. А следующим ударом каменный истукан его достал. По касательной достал, варвар все же успел убрать голову с пути летящего кулака, но мало все равно не показалось. Вспыхнули перед глазами искры, Нанок очумело потряс головой, поднялся с пола. Перед големом танцевал Эрл, пытаясь достать монстра мечом. Клинок свистел, высекая из противника яркие искры, но ощутимого вреда не причинял. Никакого не причинял, на самом деле. Нанок поднялся, чувствуя, что ноги у него почему-то дрожат и норовят разойтись. - Эй, ты сюда драться пришел или отдыхать? - осведомился топор ворчливо. - Заткнись, - мрачно бросил варвар, покрепче сжимая оружие. Топор придушенно пискнул и предпочел замолчать. Выждав, когда голем, пытаясь достать увертливого оборотня, повернется к нему боком, варвар нанес удар. Единственный, но неотвратимый. - Банзай! - завопил отчего-то топор, снося каменную голову. Башка упала на пол с громким стуком, варвар едва успел убрать ногу, чтобы не попасть под раздачу. И тут же пришлось убираться самому, потому что потерявшее подобие жизни тело голема неожиданно стало заваливаться на него. Отпрыгнув, он снова сбил Тилу, за что был обруган стоеросовой дубиной и чем-то еще на эльфийском. Он успел подхватить эльфийку и отпрыгнуть раньше, чем каменное тулово упало на них обоих. - Слушай, милый, ты не мог бы перестать валять меня по полу? - сердито осведомилась Тила. - Я понимаю, горячий темперамент и все такое, но ведь не место и не время. Варвар не нашел, что ответить и вдобавок покраснел. Подошел оборотень, вытирая вспотевший лоб. Нанок тоже вытер лоб и обнаружил на нем быстро растущую шишку. Голова болела и кружилась, как с хорошего похмелья. Если такое, конечно, бывает. - Откуда он взялся, хотел бы я знать, - сказал оборотень, осматривая зазубрины на мече. Наноку это было не интересно. Он хотел знать другое, не осталось ли там еще пары таких. Хорошо, если это единственный, драться с ожившей каменюкой ему не улыбалось. В горах с камнями только дураки сумасшедшие дрались да берсерки. Там, правда, камни вот так по-хамски себя не вели, лежали себе тихо и мирно на своих местах. - Убираться отсюда надо, - сказала эльфийка. - Не нравится мне это место. Здесь все, что угодно повстречать можно. - Надо, - согласился оборотень. - Вот только не представляю, как Мастера Лура оторвать от его игрушек. Нипочем ведь не пойдет, маги - народ упрямый. - Придется сидеть и ждать, пока он не закончит, - подтвердила Тила. - Будем стоять у него над душой, пока совесть не проснется, - хмыкнул Эрл. |
