– Чего хотел шериф? – спросила Кармен.

– Зайди сначала внутрь, – ответил Бобби.

«Мы уже внутри», – подумал Ричер, но вскоре понял, что тот имел в виду гостиную, большую красную комнату в задней части дома. Когда-то здесь, судя по всему, была кухня, впоследствии переделанная. Через проем в старой стене дома гостиная соединялась с новой кухней, пристроенной лет пятьдесят назад. Здесь, как и везде, виднелись пятна старой, облезшей краски на стенах и мебели. Вокруг большого стола, какие нередко увидишь в фермерских домах, стояло восемь стульев из простой сосны, когда-то выкрашенных в красный цвет, но побелевших в тех местах, где их касались тела людей.

На одном из них сидела женщина за пятьдесят. Из тех, что продолжают одеваться так, как одевались прежде, забыв о своем возрасте. Она была в обтягивающих джинсах с ремнем и блузке с бахромой. Волосы ярко-рыжего цвета убраны в молодежную прическу, открывающую лицо. Она выглядела как двадцатилетняя девушка, слишком рано постаревшая из-за какой-то редкой болезни. Или потрясения. Наверное, шериф усадил ее за стол и сообщил неприятную новость. Женщина показалась Ричеру рассеянной и немного смущенной, но еще он увидел в ней властность и былую силу. Она была похожа на Техас, частью которого владела, могучий и просторный, переживающий трудности, но знававший лучшие времена.

– Чего хотел шериф? – снова спросила Кармен.

– Кое-что случилось, – сказала женщина, и по ее тону Ричер понял, что новости не слишком хорошие.

Он увидел, как в глазах Кармен вспыхнула и тут же погасла надежда. В комнате воцарилась тишина, и женщина повернулась к нему.

– Его зовут Ричер, – сказала Кармен. – Он ищет работу.

– Откуда он?

Ее голос прозвучал резко и повелительно. «Я здесь главная», – говорил ее тон.

– Я подобрала его на дороге, – ответила Кармен.

– Что он умеет?

– Он работал с лошадьми. Может быть кузнецом.

Ричер смотрел в окно, пока Кармен врала насчет его умений. За всю свою жизнь он ни разу не подходил близко к лошадям, разве что видел конюшни на старых военных базах, где держали лошадей для торжественных церемоний. В принципе он знал, что кузнец делает подковы, такие железные штуки, которые прибивают гвоздями к ногам лошадей. (Или к копытам?) Еще ему было известно, что для данного процесса нужна угольная жаровня и кузнечные мехи и что требуется долго и ритмично колотить молотом по наковальне, а потом опустить то, что у тебя получилось, в воду. Но он никогда в жизни не держал в руках подкову. Время от времени он замечал их над дверями домов, в одних странах вверх концами, в других – вниз. Но больше ничего про них не знал.

– Хорошо, поговорим об этом позже, – сказала женщина. – Есть вопросы поважнее.

Но тут она, видимо, вспомнила о правилах приличия и представилась:

– Я – Расти Грир.

– Как знаменитый игрок? – спросил Ричер.

– Я была Расти Грир еще до того, как он появился на свет, – заявила женщина и показала на Бобби. – С моим сыном Робертом вы уже познакомились. Добро пожаловать на ранчо «Красный дом», мистер Ричер. Может быть, мы сумеем найти вам работу. Если вы честный человек и не лентяй.

– Чего хотел шериф? – в очередной раз спросила Кармен.