— Вы все можете расслабиться, — сказал Джонах, поднимая руки к горстке вампиров, которые подняли глаза, когда мы вошли. — Я здесь. Вы в безопасности.

— Ты здесь… и полон дерьма, — произнес вампир за столом через комнату, чьи бакенбарды я сразу же узнала. Гораций, гвардеец КГ и ветеран Гражданской войны, он носил простую льняную рубашку и темные брюки. Он повернулся и его темные глаза расширились. — И ты привел гостью.

— А ты шутник, — ответил Джонах. — Мерит, ты помнишь Горация.

Я кивнула.

— Привет.

На лице Горация появилось подозрительное выражение, так как он видел меня здесь недостаточно часто, чтобы чувствовать себя комфортно. Недостаточно часто, чтобы проверить меня, во всяком случае.

— Мэтью здесь? — спросил Джонах.

— В подвале. — Он склонил голову. — Тебе нужна информация?

— Это твое выступление, — произнес Джонах, побуждая меня продолжить.

— Дело в Дариусе.

Гораций кивнул.

— Он в Чикаго. И вы встретились с ним сегодня.

— Дело в Дариусе. Он в Чикаго. И мы встречались с ним сегодня в «Портман Гранде». У него была охрана, и он встречался с человеком, который, очевидно, должен был позаботится о каких-то бумагах.

— Вы общались с ним? — спросил Гораций.

— Мы с Этаном. И он, похоже, совершенно не у дел. Вежливый, но едва ли коммуникабельный. Расширенные зрачки.

— Гламур? — уточнил Гораций.

Гламур был странным побочным эффектом магии, которую мы могли использовать. Мы не могли творить магию — не так как Мэллори или Катчер — но мы могли манипулировать магией, которая исходила от нас самих. Это была, возможно и не случайно, магия манипуляции. Способность подталкивать, тонко или не очень, людей делать то, чего мы хотим. У меня был своего рода иммунитет к этому, но я также не могла использовать эту магию.

— Была такая мысль. Но мы не почувтсвовали никакой магии. Ничего необычного, в любом случае. Виктор Кэбот сказал, что Дариус также вел себя странно, когда был в Нью-Йорке, хотя их встреча и была краткой. Дариус, очевидно, не упоминал ГС, вызов или что-то другое Виктору, пока находился там.

Гораций откинулся на спинку кресла, сцепив руки на груди и раскачиваясь. Кресло пискнуло под ним.

— Они с Виктором были близки.

— Это и я слышала, — ответила я с кивком. — Можно подумать, что он бы поговорил со своими союзниками, если бы собирался приехать в Чикаго и убрать с пути потенциального претендента на трон.

— Так ты считаешь, что он здесь не для того, чтобы бросить вызов Этану?

— Я понятия не имею, что он собирается делать. Вот именно в этом и проблема. Я встречалась ранее с Дариусом. Он действует сгоряча. Я бы ожидала, что мысль о вызове разозлит его, оскорбит. Он не станет играть по правилам с Этаном. У Дариуса много раздражающих качеств, но скромность не входит в их число.

— Мне не нравится ГС и при удачном стечении обстоятельств, — добавила я. — Но мне особенно не нравится, когда глава ГС ведет себя странно, а мой Дом — и мой Мастер — на линии его огня.

Гораций снова откинулся, кресло скрипнуло.

— Знаешь, твои отношения с Этаном ставят тебя в неловкое положение среди Гвардии.

Я не отвела взгляда.

— Неловко станет, только если его выберут и он станет мудаком.