Ганнон потопал ногами, довольный, что надел носки перед тем, как зашнуровать сапоги, и толстую тунику под шерстяной плащ. Вспомнив историю Квинта о том, как он охотился на медведя, он, повинуясь импульсу, добавил еще и нагрудный доспех, перехватив его ремнем. Ганнон видел клыки кабанов в доме Квинта. Возможно, риск был невелик, но лучше его избежать. Один удар такими клыками в живот или пах – и жизнь человека закончена. Он выбросил из головы мрачные мысли и вознес короткую молитву богам.

Сегодня им предстояли дружеское общение и охота, ничего больше. Ганнон помахал в воздухе руками и еще немного потопал. Пришло время разыскать Мутта и обойти палатки солдат своей фаланги. Потом он поест каши и встретится с остальными охотниками.

Через пару часов Ганнон почти забыл о том, что он солдат на территории врага. Обитатели этих земель давно сбежали подальше от карфагенян, а ближайшие силы римлян находились к северу и западу. Теперь, когда им не нужно было беспокоиться о врагах, всеми овладело радостное настроение и предвкушение развлечения. Они неспешно скакали по открытой местности – большая группа мужчин, обменивающихся шутками. За ними следовал маленький отряд галлов, вооруженных копьями. Некоторые из них вели на поводках крупных псов. Далее следовали слуги с мулами, нагруженными палатками и провизией на случай, если им придется провести ночь под открытым небом.

Всадники обменивались мехами с вином, делали ставки, рассказывали о своих подвигах на охоте. В центре ехал Магон, стройный мускулистый воин, от которого так и исходила энергия. Естественно, большинство офицеров старались оказаться как можно ближе к брату Ганнибала, но именно Сафон скакал справа от Магона. Место слева сумел занять Куттин. Ганнон обменялся приветствиями с Магоном, однако не пытался заслужить его благосклонность и не ловил каждое слово. Ганнон никогда бы в этом не признался, но он боялся сказать что-нибудь не то. Слишком часто юноша попадал в трудное положение с Ганнибалом, а потому не хотел рисковать еще и с Магоном. Поэтому он остался рядом с Бостаром и Замаром чуть позади основной группы всадников. В их компании он чувствовал себя совершенно спокойно.

– Здесь всё как дома, брат, верно? – радостно спросил Ганнон. – Как в те дни, когда мы вместе охотились неподалеку от Карфагена.

– Точно, – со смехом ответил Бостар.

Ганнон повернулся к Замару, которого не смущал холод, – поверх туники с коротким рукавом он накинул лишь легкий плащ.

– Неужели тебе не холодно? – спросил юноша.

Тот пожал плечами.

– У нас в горах зимой стоит такая же погода. Скоро станет теплее. Из чего не следует, что я не хотел бы почувствовать африканское солнце на своем лице. Но здесь гораздо лучше, чем просиживать задницу в лагере. Охота поможет прочистить мозги, а если на то будет воля богов, сегодня вечером мы наполним животы жареной свининой.

От этой мысли у Ганнона потекли слюнки.

К тому моменту, когда они подъехали к подножию огромного гористого мыса, уходящего в Адриатику, вперед уже были высланы галлы с собаками. Потом они много часов поднимались вверх по склонам – лошадей им пришлось вести в поводу. Ганнон сильно проголодался, но его не покидало прекрасное настроение, и он с удовольствием болтал с Бостаром и Замаром. Надежда добыть свежего мяса становилась все более реальной, и вскоре собаки выгнали кабана средних размеров.