|
Я откровенно признаю, что мы намеревались предложить ему сделку: мы простим его прошлые мафиозные «подвиги», если он будет тесно сотрудничать с нашими и американскими антитеррористическими службами и, разумеется, прекратит преступную деятельность. Но трудно торговаться с человеком, когда не знаешь, где он находится, и когда против него нет никаких существенных улик. Впрочем, если Витренко замешан в убийстве трех женщин, то ни о каком полюбовном договоре с ним и речи быть не может… – Фолькер принял деловую позу, резко подался вперед и, глядя Фабелю прямо в глаза, спросил: – Надеюсь, теперь вы верите мне, герр Фабель?
– Если вы говорите правду, герр Фолькер, то я вам верю. Фолькер криво усмехнулся. Ответ звучал довольно двусмысленно. – Ладно, – сказал он, – в качестве жеста доброй воли даю вам досье на украинцев целиком. Смотрите не потеряйте – копий нет.
В офисе комиссии по расследованию убийств их ожидало электронное письмо из ФБР. Мария быстро распечатала его и принесла Фабелю в кабинет. – Занятное послание, – сказала она, садясь напротив начальника. – Насколько я понимаю, Джон Стурчак – американский деловой партнер Айтеля? Фабель кивнул. – Так вот, ФБР была бы очень интересна любая информация о Джоне Стурчаке и сомнительных сделках с его участием. Судя по всему, Стурчак – сын того Романа Стурчака, который предал родину и принимал участие в эсэсовских карательных операциях против соотечественников на территории Западной Украины. Вольфганг Айтель находился в то время именно в тех краях. Вместе с отступающими немецкими частями Стурчак бежал в Австрию, где в конце войны сдался американцам. Попади он в руки Красной Армии, его тут же поставили бы к стенке. А так Роману Стурчаку позволили эмигрировать в США, где он стал предпринимателем. По всей вероятности, деловые контакты между Айтелями и Стурчаками длятся уже не первое десятилетие. Фирма Романа Стурчака находится в Нью Йорке, и ФБР с незапамятных времен подозревает ее хозяина в связях с организованной преступностью. Однако его ни разу не удалось схватить за руку, и он никогда не привлекался к суду. После смерти отца в 1992 году бизнес возглавил Джон Стурчак. После падения Берлинской стены и развала Советского Союза в США потянулись десятки тысяч украинских иммигрантов – законных и незаконных. Согласно подозрениям ФБР, Джон Стурчак помог нелегальной переправке в США сотен украинцев. Доказать опять таки ничего не удалось. В итоге наши американские друзья получили на свою шею так называемую «одесскую мафию», которая действует в Брайтон Бич – есть такой район в Бруклине. – Мария оторвала глаза от распечатки и добавила от себя: – Я слышала, украинцы и русские в Нью Йорке оказались куда круче итальянской мафии. Новичкам в устоявшемся преступном бизнесе всегда приходится проявлять особую жестокость. – Мария вернулась к письму из ФБР. – Американцы пишут, что Джон Стурчак, судя по всему, как то замешан в деятельности нью йоркской русско украинской мафии. Фабель довольно улыбнулся: – Ценная информация. Нашему Вольфгангу Айтелю, публичному борцу за чистоту нравов и порядок в обществе, вряд ли понравится, если мы предадим гласности его коммерческие связи с американской украинской мафией. Мария продолжала читать распечатку. – Черт! – воскликнула она. – Погодите радоваться! Не все так просто. Послушайте, что они пишут. Одна из причин, почему ФБР не может получить ни единой улики против Стурчака, – особая структура «одесской мафии». Ничего общего с принципами организации итальянской мафии. У украинцев существуют ячейки, которые возглавляет пахан, или босс. В каждой ячейке четыре группы, работающие совершенно самостоятельно. В этих группах никто, кроме вожака, не имеет прямого контакта с паханом. |
