Хрутт попробовал достать меня широким махом, но его постигла неудача. Я сделал лишь пару шагов назад и поймал его на противоходе. Мой клинок просто развалил бойца пополам. Деловито отрубив обоим головы, я выставил трофеи на бруствер и издевательски помахал руками тем, кто сейчас смотрит на меня. Я злил хруттов сознательно. Злость и желание отомстить повлечет за собой ошибки в управлении боем, изменит ситуацию.

Закончив с первой засадой, я скачками понесся вниз по тому же маршруту и совершенно забыл о своих преследователях. Меня встретили огневым шквалом, и если бы не стволы деревьев, принявших на себя основной удар, то пришлось бы худо.

Выхватив плазмоган, я сделал пару выстрелов, не видя противника. Хорошо замаскировались. Полыхнуло жаром, мгновенно высохшая хвоя занялась огнем. Жадные языки потянулись к деревьям, и скоро за моей спиной горел приличный кусок леса. Белые клубы дыма сменились ровным гудением огня, пожирающим древесину. А я уже мчался дальше. Пробежал мимо Шамана, упавшего на камни. Спасался от шальной пули, наверное. Даже голову обхватил руками.

— Лежи и не дергайся! Скоро вернусь! — напутствовал я и припустил так, что в ушах засвистело. Я уже понял, куда мне следует бежать дальше. Задача хруттов вырисовывалась простая и ясная: выгнать меня под фланкирующий огонь пулеметов и автоматов. Все сектора обстрела сходились в одном месте. И этим местом был ручей, протекающий по урочищу. В ином случае хрутты, раскидав огневые точки по котловине, могли задеть друг друга, стреляя по мне. Они и не стреляли, ждали, куда я направлюсь.

При свете полуденного солнца я заметил на противоположной стороне урочища среди нагромождения скальных пород небольшое деревянное строение. К нему из котловины вела хорошо натоптанная тропа. Почему бы хруттам не выбрать эту хижину в качестве командного и координирующего центра? Если мои догадки верны, то именно там находятся основные силы противника. Если я уничтожу их, дальше будет легче.

Но я понимал и другое. Мне не удастся отсюда вырваться, если не смогу вырезать всех хруттов, которые обложили меня. Каждый выступ таил опасность, по мне плотно стреляли со всех сторон, а главного поединщика я до сих пор не видел. Но он был здесь, я точно знаю. Что ж, спектакль подходит к своему логическому завершению. Последний акт будет ярким и запоминающимся. Жаль, некому будет оценить красоту финала. Я ошибся только в одном: в желании земных охотников обязательно уничтожить меня. Никто не испугался моих намерений, ни устрашающих актов насилия. Хрутты, как высокоорганизованные существа, чуточку выросли в моих глазах. Как же здорово, что они не вышли в далекий космос, где могли бы наделать много бед. Способные, но не видящие огромных перспектив, жалкие людишки!

12.20

— Гнида, моих ребят уложил! — Федько с размаху саданул кулаком по камню и зашипел от боли, рассадив кожу до крови. Схватив автомат, он ринулся было вниз, но цепкая рука Сорокина схватила его за шиворот.

— А ну, сядь! — рявкнул подполковник. — Давай без истерик! Приказываю прижать задницу и ждать!

Гугдауль положил свой карабин в выемку между камнями и чуть ли не слился с прикладом.

— Он бежит сюда, — бесстрастным голосом произнес стражник, — он понял, где надо наносить главный удар. Как ножом в сердце. Один удар!

Карабин вздрогнул от выстрела. Чужак на мгновение споткнулся, но выпрямился и продолжил движение.