В ухе щелкнуло, и сквозь предгрозовой фон прорвался голос оператора, сидевшего в нескольких километрах отсюда на специально оборудованной площадке на одной из сопок:

— Есть визуальный контакт! Объект спрятался в лесу, обнаружив слежку. Движется в сторону Романовки. Наблюдаю труп человека возле заимки.

Алекс выругался. Больше всего его пугало, что чужаки стали избавляться от заложников. Начали нервничать, допускать ошибки. А нервничать было с чего. Беспилотник их обнаружил — это раз, та тварь, с которой Алекс повстречался пару дней назад, прекрасно поняла, что за ними идет погоня — это два.

Особенно Карева позабавило поведение твари. Пришелец, обнаружив слежку, всерьез думал, что умеет играть с человеком, знающим эти места досконально. Применив маскировку, он уже считал себя крутым следопытом. И сделал ошибку. Алекс тихо ушел из ельника вверх и пересидел в укрытии, сознательно дав себя обнаружить. И пришелец, довольный собой, засветился. Он даже помахал своей конечностью, показав, что видит человека. Тогда Алекс пошел в противоположную сторону и долго водил за собой соглядатая, пока тот не сообразил, что может серьезно заблудиться. Вероятно, у него была мысль, что человек неспроста совершает такие маневры, и, будучи оторванным от своих, может попасть в засаду. С тем и отстал.

А капитан просто-напросто срезал приличный кусок маршрута, потому что тропа, по которой вели заложников, делала петлю вокруг горы и выходила как раз туда, куда и направлялся Карев. Таким образом, сбросив хвост, Алекс обеспечил себе безопасное наблюдение, дождался ночи и приблизился к привалу, где и поговорил с Шаманом.

Сведения, полученные от заложника, тут же были переданы в оперативный штаб. Так Алекс узнал, что ему на помощь спешит Бес. Это была приятная новость.

Сидя на чурбаке возле потухшего костра, Алекс нещадно дымил сигаретой. Его взгляд был направлен на труп мужика и его собаки. Он только что обошел поляну кругом, разбираясь, что же здесь произошло. Чертова история снова делала крутую петлю и возвращалась с дурным постоянством. Опять обезглавливание. Голову твари забрали с собой. Пять чужаков, и каждый из них жаждет трофея. Сколько еще людей погибнет от их рук?

Набрякшие водой облака разродились мощным ливнем. Внезапно все вокруг застыло, и дождевые струи застучали по земле, по крыше заимки, куда рванул Алекс, решив пересидеть непогоду в теплом и сухом месте. Хорошо, что еще дождь, а не снег, — подумал он. — Пора выгонять тварей на плоскогорье, где хоть есть шанс до настоящих холодов их поймать.

Затрещала рация.

— Сэм — Бесу! — захрипел динамик.

— На связи! — быстро откликнулся Алекс.

— Ты где?

— Сижу на заимке, в распадке.

— Диспетчер навел на тебя, жди. Метров пятьсот осталось. Вымок как собака! Отбой!

Алекс грустно усмехнулся. Один пес уже поплатился за свою преданность. Надо бы похоронить мужика и животное, когда дождь пройдет. Не дай бог, медведь учует — будешь потом по тайге от него бегать, вместо того, чтобы делами заниматься.

Дверь заимки распахнулась, и в полутьму строения ввалился широкоплечий и весь какой-то косолапый, словно тот медведь, о котором размышлял Алекс, мужчина, обвешанный как новогодняя елка оружием. На плече автомат с подствольником, на боку — нож, на груди — кобура с пистолетом. Сам уже весь мокрый.

Бес без лишних слов подошел к полыхающей печке, стянул с головы берет, обнажив гладкий шар своей черепушки.

— Твой череп — один из лучших трофеев для тварей, — не преминул подколоть друга Алекс.