— Бочаров! — рявкнул лейтенант, подходя к машине. — Какого хрена ты лежку устроил?

Проговорив это, Святской онемело уставился на обезглавленное тело сержанта. Ноги его еще подрагивали, а вокруг натекла лужа крови. Старшина среагировал мгновенно. Он прыгнул в сторону, щелкнул предохранителем и завертел головой. Святской думал дольше, но большая фигура, с грохотом прыгнувшая на крышу «уазика», вывела его из ступора. Он заметил, что у чужака не хватает одной конечности. Лейтенант даже не понял, как в его руках оказался автомат, и почему флажок предохранителя уже стоял на автоматическом огне.

Гулко загрохотал автомат. Длинная очередь взрыхлила крышу машины, но не причинила вреда двухметровой твари. Зато помешала прыгнуть на лейтенанта с обнаженным клинком. Уходя с линии огня, она метнулась с крыши на капот, а Святской отбежал к старшине, и оба они из двух стволов ударили по нападавшему.

— Справа! — вдруг заорал Луценко и лихорадочно перенес огонь в подлесок. Пули с противным визгом рикошетировали от веток, уходили в сторону. Кустарник за пару минут превратился в лохмотья. Из-за деревьев выпрыгнула еще одна тварь, и тоже с клинком. Уворачиваясь в немыслимых движениях от летящих в нее пуль, она тремя прыжками приблизилась к старшине и нанесла удар мечом в правое плечо. Луценко вскрикнул, левая рука его зашарила по поясу, где должен был висеть нож. Пришелец одной верхней конечностью схватил старшину за горло, средним отростком выбил автомат, после чего отбросил в сторону.

Лейтенант Святской с внезапно нахлынувшим чувством обреченности обратил свой взгляд на того чужака, который прогнул своим весом капот «уазика». Машина была разбита в хлам, и удрать на ней не представлялось возможным. Тварь оскалилась, но лейтенанту показалось, что она улыбается, обнажая узкие длинные зубы, похожие на вампирские.

«Обычные зубы, не как в фильмах показывали, — дурацкая мысль не вовремя поселилась в голове, — и слюни не капают противными склизкими потеками».

Ствол автомата словно сам дернулся вверх, палец нажал на курок. Расстояние между ним и тварью было не больше десятка метров, и пули легли кучно, выплескивая из тела кровавые фонтанчики. Но раненый чужак уже прыгал, выставив меч вперед.

Боек щелкнул вхолостую.

«Все, жопа, — ахнул про себя лейтенант, понимая, что из разгрузки он просто не успевает выдернуть запасной магазин. Сколько раз заставлял себя перед каждым патрулированием спарить магазины клипсой или изолентой. Ну и, допрыгался? — Хана пришла!»

Как в замедленной съемке матовый блеск клинка приближался к шее лейтенанта. Сейчас меч взрежет плоть и Святской захлебнется собственной кровью. Мозг думал, а тело среагировало так, как нужно: ушло в сторону. Нога запнулась о тело сержанта, и Святской упал, но тут же, замирая от ужаса ожидания удара сталью, перекатом ушел под днище «уазика». Не самый лучший вариант, но что оставалось делать? На открытом пространстве его догонят. Он замер, сжавшись в тугой комок. В глотке стоял противный запах пороха и крови. Перед глазами маячили ноги чужака в каких-то странных бахилах, измазанных кровью его подчиненных. Тварь даже не пыталась наклониться и вытащить его из-под машины. Она просто ходила кругом и перекликалась со своим напарником. Потом они оба встретились, громко захохотали, словно ножовкой по шиферу провели. Лейтенант прижал к себе автомат, горько сожалея об отсутствии гранат. Так бы швырнуть им под ноги. А пусть и осколки! Что ему терять? Жизни осталось несколько минут. Сейчас его выдернут из-под машины и отрубят голову.

Но произошло совсем не то, о чем так панически думал Святской.