— Значит, мы снова можем быть друзьями?

— Кэтрин, мне не удается думать о тебе как о друге! — Он дотронулся до ее щеки. — Почему… почему ты говоришь, что я сломаю тебе жизнь?

Она тяжко вздохнула.

— Если в двух словах, Эдуардо Барросо, то наши краткие отношения станут для тебя всего лишь небольшим приятным эпизодом. Для меня же это будет чем-то совсем иным.

— Объясни, — приказал он.

— Да потому, разумеется, что потом я не смогу впустить в свою жизнь другого мужчину! Вот, надеюсь, ты удовлетворен!

— Ты и правда так считаешь? — тихо спросил он.

Уже жалея о своей откровенности, Кэтрин кивнула и, выскользнув из его объятий, открыла дверь в спальню.

— Да. Поэтому лучше мне вернуться к прежней жизни — пока не поздно. Спокойной ночи, Эдуардо. — Она нахмурилась, увидев, что он щелкнул выключателем и зажег свет на лестнице. — Странно! Когда я включила свет там, внизу, он тут же погас.

Он удовлетворенно хмыкнул.

— У нас двойной выключатель, queridinha. Ты его включила — а я выключил. Глаза у Кэтрин вспыхнули.

— Нарочно для того, чтобы спрятаться тут в засаде и напугать меня до смерти?

Эдуардо рассмеялся, безо всякого раскаяния.

— Признаюсь, я надеялся, что ты бросишься под мою защиту от привидений, которые таятся во мраке.

— Здорово сработало, не так ли? Какая же я дура!

— А-а, нет, Кэтрин! — Он поднес ее руку к губам. — Если бы это было так, я не чувствовал бы такой гармонии с тобой. Для меня красота женщины — отнюдь не главное ее достоинство. Возможно, я требую слишком многого, но у женщины еще должен быть ум… сердце… душа… и, если даст Господь, даже чувство юмора. — После каждого слова он целовал ей поочередно пальчики, а потом, не выпуская руки, поднял на нее глаза. — Теперь мне нужно уходить.

— Да. Нужно, Эдуардо. Спокойной ночи. — Кэтрин осторожно высвободила руку и собралась с духом, чтобы произнести необходимые слова. — Эдуардо…

— Да, Кэтрин?

Она глубоко вздохнула, встретившись с его взглядом.

— Ты снова станешь холодным как лед, если я скажу, что с этого момента нам лучше избегать встреч наедине?

Его лицо омрачилось.

— Как я могу стать холодным? Всякий раз, встречаясь с тобой, я весь горю огнем, Кэтрин…

— Вот-вот. Это лишь подтверждает мою просьбу, — быстро подхватила она. — Все это слишком… слишком скоропалительно. Если мы будем продолжать в том же духе, все закончится слезами. Во всяком случае, для меня.

Он резко подался к ней, затем замер, уронив руки.

— Я не согласен! — коротко бросил он. — И тем не менее сделаю все, как ты просишь. Я не хочу стать причиной твоих слез, Кэтрин.

— Спасибо. — Она печально улыбнулась. — Надеюсь, ты не станешь совсем избегать меня?

— Как я могу? Тем более что ты пробудешь здесь до обидного мало, querida, — добавил он таким голосом, что у Кэтрин перехватило дыхание. — Все оставшиеся дни я буду проводить с тобой. Если для этого придется все время удерживать рядом Ану — что ж, пусть будет так. Я бы душу отдал, чтобы проводить с тобой не только дни, но и ночи, — хрипло прошептал он, пожирая ее горящими как угли глазами. — Boa noite, Кэтрин. Спокойного сна. — Он втолкнул ее в комнату и с головокружительной скоростью устремился вниз по лестнице, как будто пытаясь убежать от нестерпимого соблазна.