— Я знаю, — ответил Флэндри. — Когда я учился, мне прожужжали все уши, что надо вкладывать деньги в перспективнные дела. — Он характерно вытянул руки. — Хорошо, что вы имели в виду? Вы сказали — весь мир. Ведь только буквально вчера наши расы начали понимать, что происходит на их собственных планетах. И теперь, когда мы вступили на этот путь, я не знаю, как долго нам придется идти, даже если мы знаем направление движения…

Книф не вникал в проблему, его внимание было занято чем-то другим. Этот крепко скроенный, желтокожий, слегка плосколицый мерсеянин принадлежал к роду Вэчей. Его предки перед расселением в космосе жили в южном полушарии Мерсейи, в республике Лэфдайгу. До настоящего времени их потомки сохранили особенности тех обычаев и одежды, тот старый язык и многие законы. Но Книф был рожден в колонии; он не видел родного мира до тех пор, пока не попал туда для продолжения образования, многое казалось ему непонятным и странным.

Аэробус продвигался вперед. Первый шлюз тепловой изоляции ангара закрылся за ним, второй открылся, и машина начала подниматься под аккомпанемент мурлыкающего мотора и свистящего ветра. При отметке 5000 метров аэробус перешел на горизонтальный полет и взял курс на норд-норд-ист. Этот курс более или менее следовал руслу реки. Пассажиры в основном сидели безмолвно, держа пожитки и думая о своем. Мерсеяне никогда не болтают в пути, как земляне.

Книф указал отметины на поверхности планеты, видневшиеся из окна:

— Смотрите, вон там, под нами, — эстуарий, который мы называем Барьерная Бухта: ранней зимой она становится скоплением айсбергов и плывунов, оставленных половодьем. Когда весной они тают, поток становится невероятно турбулентным, взвихренным.

Пар прокрадывался, как сонная змея, сквозь мириады голубых островков джунглей.

— Мы зовем ее Золотая Река, несмотря на то, что она коричневая из-за обилия наносов. Золотоносные пески, вы знаете, принесены с гор. Большая часть наименований — наши. Некоторые являются грубыми переводами с языка домратов. У руадратов нет названий мест в нашем понимании, вот почему мы редко заимствуем что-то из их языка.

Слова, обозначающие понятия из жизни аборигенов, были искусственными. Иными они и не могли быть. Слово «домрат» состояло из двух частей: «дом» — название народности на языке аборигенов и «рат» — что в переводе с языка ирайо означает «народ». Слово «руадрат» означает ночные сверхъестественные существа из мерсеянской мифологии, что-то вроде эльфа.

Заросшая лесом равнина сменилась пологими холмами. Серый свет, не оставляющий теней, делал контуры размытыми, но Флэндри увидел Золотую реку, текущую среди глубоких каньонов.

— Они полны до краев, когда тают ледники, — сказал Книф, — но так как процессы испарения идут очень интенсивно, уровень воды значительно понижается; скоро дожди здесь прекратятся, появится первый туман, а чуть позже пойдут снег и град. Сейчас здесь конец лета.

Флэндри вспомнил, что читал и слышал еще на базе. Тэлвин проходил около Сайекха по эксцентричному эллипсу, который, конечно же, имел светило в одном из фокусов. Можно определить летнее положение на орбите следующим образом: провести линию через этот фокус перпендикулярно главной оси, пересекая кривую в двух точках. Тогда летом является период в шесть месяцев, в течение которого Тэлвин проходит от одной из этих точек, через периастрон, к другому концу линии, ограничивающей сегмент. Зима продолжалась пятнадцать месяцев, за это время Тэлвин максимально удалялся от светила и возвращался обратно, к противоположной точке пересечения малой оси с дугой эллипса. После этого наступала весна и длилась шесть недель, затем вновь достигалась точка, которая знаменовала наступление лета.