Судя по снимку, Брайан Кларк был очень высокого мнения о собственной персоне. Он старался одеваться небрежно, но так, чтобы в этом чувствовался определенный лоск. Черные длинные волосы он предпочитал собирать в хвост, а недельная щетина, видимо, должна была добавить неотразимости его виду. Глубоко запавшие карие глаза не мигая смотрели в объектив, и Бриджит, разглядывая фотографию, даже поежилась от этого хищного взгляда, устремленного на нее. Прямой нос и тонкие губы завершали общую картину.

Вилма была без ума от него. К тому же Брайан был довольно известным фотографом, и она рассчитывала, что брак с ним откроет ей двери в большое кино. Что было вполне разумно, так как у Брайана были широкие связи в мире шоу-бизнеса, а агент Вилмы, похоже, не собирался выбивать для своей подопечной что-нибудь более стоящее, чем второсортные сериалы.

В общем, Бриджит терялась в догадках, размышляя о том, что больше повлияло на решение кузины. Но факт оставался фактом: ее пригласили на свадьбу. И теперь Бриджит стояла перед домом, где живет ее сестра. Странно, но она, при том что была рада тут оказаться, чувствовала легкую нерешительность, словно вышла к доске отвечать урок, который забыла выучить.

Отругав себя за робость, Бриджит решительно направилась к двери. В этот момент та как раз открылась, выпуская молодую пару, видимо отправлявшуюся на прогулку, и Бриджит стремительно вошла внутрь, пока чувство неуверенности не заставило ее передумать.

Что это с ней? Почему ей тяжело подниматься по ступенькам, как будто за плечами висит огромный рюкзак? Бриджит не знала ответа, однако внутренний голос, предостерегавший ее, стучал молоточком в ее мозгу до того самого момента, когда она надавила кнопку звонка рядом с нужной квартирой.

За дверью послышались голоса. Но открыть никто не торопился. Бриджит снова вдавила кнопку, слушая, как заливистые трели разносятся по пространству с другой стороны двери. Немного потопталась, раздумывая, не надо ли еще и постучать.

И в тот момент, когда она замахнулась на дверь своим кулачком, та наконец открылась и Бриджит увидела заплаканное лицо Вилмы.

— А, это ты, — разочарованно произнесла кузина. — Проходи. — Она нехотя посторонилась.

— Что случилось? — Бриджит вошла в квартиру, обеспокоенно разглядывая сестру. — Все живы?

— Да, все живы-здоровы. — В голосе Вилмы послышались еле сдерживаемые рыдания. — Это умерла моя личная жизнь! — Она расплакалась. — Он бросил меня! Бросил! Перед самой свадьбой! Когда я уже купила платье, пригласила гостей! Господи, что же мне теперь делать?! — в отчаянии воскликнула она.

Бриджит была ошеломлена. До ее слуха долетели приближающиеся шаги, и, повернув голову, она увидела тетю Ширли, которая тоже хлюпала носом и постоянно промокала глаза белоснежным носовым платочком.

— Когда это произошло? — растерянно спросила Бриджит, главным образом обращаясь к тете, так как та выглядела более вменяемой, чем рыдающая Вилма.

— Три дня назад, — полушепотом поведала Ширли.

Однако Вилма услышала, и рыдания ее стали еще горше. Бриджит обняла кузину за плечи, подвела ее к дивану в гостиной и, усадив, присела рядом, так как сестра ни за что не хотела ее отпускать.

— Успокойся, дорогая, — Она сделала знак тете, чтобы та принесла воды. — Я уже здесь, и теперь мы обязательно что-нибудь придумаем, как в добрые старые времена.

— Что уж тут придумаешь?! — проскулила Вилма, продолжая содрогаться от рыданий.

Бриджит поморщилась. Ей непривычно было видеть сестру в таком состоянии. Обычно Вилма из любых передряг выходила без последствий для себя. Однако сейчас, похоже, ей не удалось с честью выпутаться из сложившейся ситуации, и она плакала навзрыд от отчаяния, разрывавшего ее сердце.