Боль сковала сердце, возвращая его в прошлое. Прошлое, о котором он не хотел вспоминать и думать, но которое нахлынуло на него так неожиданно, что он захлебнулся и пошел ко дну.

У него никого не было. Никто не дарил ему подарков на день рождения и на Рождество. Никто не заботился о нем, когда он болел. Никто не хотел слушать его жалобы, когда ему было плохо. И Дункан быстро привык сам отвечать за свои поступки, действовать по своему усмотрению и жить так, как подсказывало ему его сердце.

Это было тяжело. Но он справился.

Потому что с самого раннего детства знал, никто и никогда не поможет ему и рассчитывать надо лишь на собственные силы. И он сделал так, что у него было много сил. Он постарался, чтобы фортуна сменила свой гнев на милость, и многого добился. И только один Бог свидетель, чего ему это стоило, на что пришлось пойти, чтобы достичь нынешнего благополучия.

Но так ли он успешен, каким казался самому себе? Так ли хороша была его жизнь? Или все-таки периодически возникали моменты, которые заставляли задуматься, действительно ли он благополучен и счастлив?

В конце концов, что такое богатство? Лишь возможность жить как тебе вздумается, не слушая мнения окружающих и не завися от них. Однако… не все можно купить за деньги.

Дункан встряхнул головой, отгоняя невеселые мысли.

Да что это с ним? Почему он так остро реагирует на отъезд Бриджит? Ведь по сути у них ничего не вышло бы. Она слишком хороша, слишком… Он никак не мог подобрать нужных слов, потому что терялся во множестве определений, которыми мог бы охарактеризовать эту необыкновенную девушку.

Уже собираясь выйти, он кинул беглый взгляд на кровать и заметил белый прямоугольник, ярким пятном выделявшийся на покрывале. Дункан подошел ближе и взял его в руки. «Вилме» — было написано на конверте.

Рука дрогнула.

Значит, сестре она оставила записку.

Как же ему хотелось узнать, что в ней! Понять причину, которая заставила Бриджит уехать, разобраться в ней и в себе самом!

Дункан вертел конверт в руках, все еще не решаясь открыть его, хотя он и не был запечатан. Дело было даже не в том, что неприлично читать чужие письма. Плевать на приличия! Просто Дункан страшился заглянуть в душу Бриджит. Почему-то ему казалось, в этом письме она многое объясняет. И ему нестерпимо хотелось прочитать то, что там написано, точно так же, как и было невыносимо страшно.

— Бриджит, ты у себя?! — Голос Вилмы прервал его раздумья, заставив вздрогнуть.

Дункан поднял глаза на кузину Бриджит.

— Она уехала, — тихо произнес он.

— Что? Кто? — Вилма не поняла, о чем он говорит. Она цепким взглядом обвела комнату, заглянула в ванную. — Опять, наверное, ушла гулять, — проворчала Вилма, возвращаясь в спальню. — Ну а ты что тут делаешь? Хочешь дождаться ее возвращения?

Даже странно, что Бриджит и Вилма — двоюродные сестры, подумал Дункан. Они совершенно не похожи. Вилму природа наградила яркой красотой, она была уверена в своей привлекательности и прекрасно сознавала, как ее внешность действует на мужчин. Очарование Бриджит не бросалось в глаза, но она обладала неизмеримо большим, чем ее кузина, — в ее красоте была душа.

— Твоя сестра уехала. — Дункан протянул Вилме конверт, который все еще держал в руках. — Вот, это она оставила тебе.

Недоуменно пожав плечами, Вилма взяла конверт и достала из него письмо. Пробежала текст глазами.

— Вызвали на работу? — задумчиво пробормотала она. — Ничего не понимаю!

В комнате установилась тишина, и Дункану показалось, будто он слышит, как работают шестеренки в мозгах Вилмы, пытающейся разобраться, почему ее сестра так неожиданно сорвалась с места.