Парень ухмыльнулся, выпил он уже достаточно, чтобы рамки приличия перестали его волновать, вопросительно посмотрев на девушку.

— Даже не мечтай! — отрезала Соня, гордо вскинув носик.

Но Серж и не думал отступать:

— Это была провокация, и ты на неё повелась. Наоборот, надо было выразить готовность помочь ему в таком важном деле. Это бы его смутило.

Соня с очень большим сомнением посмотрела на меня:

— Его? Смутило? Нет, этого смутить категорически невозможно.

Улыбаюсь в ответ максимально нагло и самоуверенно.

— Да, ты права, — подтвердил Серж. — Совершенно невозмутимая морда. Предлагаю его игнорировать. Твоя очередь. Расскажи свою историю с наказанием.

Соня, улыбнувшись мне, откинулась на спинку кресла и задумалась. Комната отдыха слуг не выделялась размерами и тем более комфортом, но много ли надо трём подросткам? Пара кресел, диванчик и небольшой столик — уже вполне достаточно. И нескромный ужин, добытый Соней, как вишенка на торте.

— Таких, чтобы прямо историй, у меня нет. Но один забавный случай был всего три года назад где-то. Я как раз освоилась с шитьём. Моя старшая сестра нашла где-то сумасшедшее платье. Почти идеальное, только слишком длинное. Длинная юбка вообще не смотрелась. Сестра говорила, что его надо укоротить. У неё как раз приближался день рождения. И я не придумала ничего лучше, чем спереть это платье и переделать своими руками.

— Старшая сестра? — уточнил я, помня историю, которую она мне рассказала.

Соня кивнула:

— Да, другая. Нас три в семье, я — младшая. А сейчас говорю про среднюю.

Кивнул, показывая, что понял и больше не будут перебивать.

— Так вот платье я забрала, и всю ночь с ним провозилась, примерив на себя, чтобы оно мне было чуть выше колена. И знаете, это я сейчас девочка высокая и длинноногая, а в тот момент была совсем другой.

Мы начали догадываться, какой получился результат, и заулыбались.

— Я могу собой гордиться, само исполнение у меня получалось хорошее, даже отличное. И когда я прибежала с утра хвастаться результатом работы, мы с сёстрами и мамой все вместе собрались в комнате. И сестрёнка сразу же примерила его на себя. И знаете что? Ничего более пошлого я в своей жизни не видела. Полы едва прикрывали задницу и оставляли вырез спереди, в самом неприличном месте. И ведь никто не поверил, что я сделала это не специально! Ой и наказали же меня тогда. И, самое обидное, отобрали швейные принадлежности! — пожаловалась одарённая под наше хихиканье.

— Да, швейные принадлежности — это жестоко! — поддержал я.

— Это самое суровое наказание, о котором я слышал! — принял эстафету Серж.

Ещё несколько минут мы шутили на эту тему, пока она себя не исчерпала. И Соня ожидаемо спросила:

— А твоё самое суровое наказание? — глядя мне в глаза, задала она вопрос.

По лицу Сержа я понял, что он лихорадочно придумывает, как бы замять тему, довольно скользкую и сложную, если бы я был нормальным человеком. А я старался спешно сообразить, чтобы такого придумать и соврать, творчески переосмыслив какую-нибудь из ситуаций, случившихся со мной недавно, уже в качестве члена рода Минакуро.

Однако не суждено мне было рассказывать свою историю. Громкие шаги по коридору, причём сразу человек четырёх, оповестили нас, что посиделки окончены. Ребята, конечно, подорвались, пытаясь спрятать компромат, но это было лишено смысла. Всё равно в комнате стоял стойкий запах вина, и выветрить его, даже магией, вряд ли получится. Не за пару секунд. Я бы вообще развалился в кресле, ведь ничего катастрофического не произошло, но на всякий случай всё же принял смущённый вид.