А прямо перед нами открывается дверь и в коридор выходит мужчина в белом плаще. Блондин, высокий, по ножу в каждой руке. С лезвий стекает кровь. Он бросает короткий взгляд за спину, где продолжается бой, а затем на нас.

— Вот вы мне и расскажете, где искать Гошу.

Николас выхватывает нож и бросается в бой. Двигается быстро, быстрее, чем может обычный человек. Но этого недостаточно.

Блондин в плаще легко отбивает пару замахов, а затем ударом ноги в грудь отправляет Николаса на пол. Я выхватываю пистолет и стреляю, целясь в живот по совету Рэйчел. Блондин пытается дёрнуться, уклониться, но не успевает. Пуля в брюхе явно заставляет его призадуматься, но мужчина остаётся стоять на ногах.

Но здесь уже вскакивает Николас, несколькими ударами обезоруживает явно замедлившегося противника, а затем вгоняет ему нож в глотку. Я как раз успеваю перезарядиться.

— Командир! — в коридор выглядывает один из наших. — Сюда!

Мы спешим в комнату. Здесь три трупа… В белых плащах. Отличительная черта? О них была информация в рапортах патрульных, но начальство запретило копать эту тему. Козырные. А парни Николаса оказались ловчее его самого.

Ещё несколько тел, похоже — люди Корня. На стуле сидит еле живой Пьер.

— Знакомое лицо. Ты сегодня второй раз родился, — показав парню своё лицо, обнадёжил я.

Пьер удивился, однако из-за ран ответить мне не смог. Но то самое заклинание, которым когда-то давно отоварили меня, я уже изучил. И с садистским наслаждением ответил Пьеру той добротой, которую он заслуживал. Заклинание легко сложилось в голове. К счастью, лишних зрителей здесь не было. Парню резко полегчало, за что он заплатил пятёркой лет жизни, но самостоятельно передвигаться пока мог с трудом.

— Где Гоша?

— Люк… В соседней комнате.

Я подхватил Пьера, закинув его руку себе на плечо. Он морщился от боли, но ничего, потерпит.

— Пошли, покажешь.

Мы вышли в коридор и подошли к двери, на которую указал Пьер. Она оказалась заперта.

— Ключи… — промямлил парень.

Но я просто вынес замок ударом ноги. Всё равно это убежище Корню придётся покинуть, не смысла пытаться его сохранить. Мы вошли в небольшую комнатку, жилую, к деталям я не присматривался.

— Здесь, — Пьер указал рукой.

Сбросив парня на одну из кроватей, подошёл к тумбочке, на которую он указал. За мной в комнату вошёл Николас.

— У нас мало времени.

А то я сам не знаю. Тумбочку в сторону, под ней люк. Если не присматриваться — сразу и не заметишь, пол весь сложен из неровных досок. Но здесь заметно, что доски часто трогают. Поднял. Под досками деревянная крышка. В сторону. Лестница.

Соскочил вниз. Отгороженная комната в подвале, старый выход перекрыт наглухо. На единственной кровати Гоша, под кроватью валяются окровавленные бинты. Гоша сидит, смотрит на меня, шарит по кровати в поисках чего-то. Но судя по выражению лица, он не понимает, что происходит вокруг.

— Спустись, потребуется твоя помощь, — кричу вверх.

А сам подхожу и отбираю у Гоши пистолет, который он, наконец, нашёл под подушкой. На пол спрыгивает Николас.

— Выруби его, — киваю на Гошу.

Одарённый подходит и кладёт руки на горло бандита.

— Придушить его и я мог, — поморщился я. — Заклинания не знаешь?

— Никакой магии, — отрезал Николас.

Перестраховщик. А Гоша отрубается и падает на кровать.

— Помоги мне его достать.

В четыре руки, прибегая к ритуалам призыва такой-то матери и прочих фольклорных персонажей, мы вытащили Гошу наверх. Свежие бинты на его теле пошли красными пятнами.