— Никуда не уходи! Я сбегаю за лекарем!

И убежал. Через несколько секунд Като, удивлённый и озадаченный, выглянул из кустов, наблюдая за удаляющимся юстициарием.

— Это было слишком просто, — констатировал он, выкидывая захваченную куртку на землю. — Даже маскировка не потребовалась.

После чего беспрепятственно покинул парк.

На подготовку ушло минут десять, из которых половину времени он успокаивал Соню. Бледная кожа и чернота вокруг глаз её изрядно напугали. И рассказ о том, что это лишь действие артефакта девушку совершенно не успокаивал, скорее наоборот. В остальном сборы не заняли много времени. Наученный горьким опытом, Като держал дома «джентльменский набор». Самый минимум, одежда, оружие и самое необходимое, что может потребоваться для ночной вылазки.

— Всё будет хорошо, — поцеловав девушку пообещал он. — Главное — верь в меня. Практика показывает, что живым выхожу из разборок именно я.

— Не успокоил, — вздохнула Соня. — Одной случайной пули достаточно, чтобы… Чтобы всё кончилось.

Като обнял одарённую и прижал к себе крепче.

— Мне есть куда возвращаться, Соня. К кому. Поэтому никто и ничто не сможет меня остановить. Ведь я уверен, что меня здесь ждут.

— Да, ждут, — кивнула Соня, пряча лицо в груди парня. — Ждут. Иди, пока я не передумала.

Куда идти он знал. Синий вместе с иллюзиями вложил ему ориентиры. Погружающийся в ночь город был пуст. Пусть война пока существовала только на словах, боевые столкновения ещё не начались, но слишком многие уже покинули город в составе войск. Обходить патрули не составляло труда, они не были слишком усердны. Като приближался к цели, зная, что найдёт всех четверых на месте. Зная, что они ждут сообщения об удачном или неудачном покушении. Что же, он лично появится на доклад.

Толкнув ворота калитки, Като выбросил все посторонние мысли. Всё потом. Все рефлексии после. Сейчас он — оружие. Пуля, летящая в цель. Исполнитель приговора.

Палач.

Двери особняка были закрыты, но не охранялись, что логично. Какая охрана? От кого? Зачем?

Поток пламени, превращённый в резак, выжигает замок за секунды. Толчок двери и Като ходит в старый особняк.

В прихожую выходит мужчина. Возраст под пятьдесят, морщинистый, седой. Дворецкий? Он удивлён, взгляд блуждает по закрывающей лицо Като маске. Мгновения, за которые Като готовит заклинание, мужчина ищет логическое объяснение неожиданному вторжению. И, возможно, даже находит, но задать вопрос не успевает. Росчерк молнии вгрызается ему в горло, тут же отделяя голову от туловища.

Като знает, как устроен особняк. Знает, в какой комнате собрались те, кого он ищет. Жертвы. Приговорённые к казни.

Но он не тень, неосязаемая и незаметная. Он паровой каток, лавина, скользящая по склону горы.

Он идёт через столовую на кухню. Несколько слуг, ещё не понимая, что происходит, пытаются встать на пути. Первым оказывается мужчина. Он что-то говорит, но это не имеет смысла.

Коготь вскрывает его горло, брызгает кровь. Слуги, обычные люди, неодарённые, бросаются бежать. Один остаётся, силится собрать заклинание. Огненная стрела врезается в лицо молодого парня, кожа вспухает волдырями ожогов. Коготь входит в грудь между рёбер, как крюк. Като тянет рукоять вверх и толкает свою жертву перед собой, прикрываясь им, как щитом.

Потому что забежавшая в столовую девушка выпустила заклинание сразу. Пучок света врезался в спину продолжавшегося кричать от боли слуги, обрывая его жизнь. Като отбросил тело. Его и одарённую разделял десяток метров. Он выхватил пистолет и выстрелил, в живот, сразу убрав оружие. Этого было достаточно, девушка схватилась за рану, потеряв способность сопротивляться.