— Ты так хочешь найти силу, чтобы бросить мне вызов? Сократить хоть немного ту пропасть, которая нас разделяет? — всё с той же иронией продолжил синий. — Вот он, твой шанс.

Ещё движение рукой, и возникает новая иллюзия. День сегодняшний. Серсея была права, Боярская, Минакуро, они здесь. И ещё двое. Лок и Харон. Мне неизвестные, но причина их присутствия очевидна. Я вытянул выигрышный билет в лотерею неудачников, два рода основателей захотели достать мою шкурку, отделённую от тела. Но я могу собой гордиться. Моим врагам приходится объединяться и плести против меня интриги, чтобы хоть как-то достать. Отличное достижение для моего возраста. Четверо взрослых, дяденьки и тётеньки собрались вместе, чтобы придумать, как свернуть шею такому нехорошему мне.

— Убей их, — закончил синий. — Забери их силу вместе с жизнью. Они станут отличной жертвой. Не самой ценной, какую можно найти в этом городе, но весомой.

Его голос начал звучать так, будто он зло улыбался. Будто его распирало от злой иронии.

— Давай, мой верный слуга! Я дам тебе то, чего ты так жаждешь. Дам тебе источник безграничной силы, могущества, власти! — наклонился вперёд, громко прошептав. — А в обмен заберу у тебя всё! Всё, что ты ценишь в жизни. Всё и всех! Ты справишься! Я знаю, что выкарабкаешься. По трупам, подставляя других, но выкарабкаешься. Выкарабкаешься, но от клейма убийцы не избавишься никогда. Ты мог бы просто выполнить то, что я от тебя хотел. Но тебе нужно больше. Получай!

Я стоял в напряжении, глядя на сошедшего с ума чужака.

— Меня убьют ещё до того, как я дойду до них, — возразил.

И услышал в ответ смех.

— Может быть. А может, и нет. Момент идеален! Сильные бойцы отправились в армию. Да и среди Боярских не так много тех, кто действительно хочет тебе мстить. Этот идиот-доктор там один, и он никакой боец, как и дурочка-мамаша. Лок и Харон, посильнее, конечно. Скажу по секрету, это именно я подсказал Локу, в какую сторону надо разматывать ниточку, чтобы найти убийц его родственников. О мотивации Харона можешь догадаться сам. Они не ждут нападения. В их маленьких головках даже не возникает мысли о том, что ты решишься на превентивный удар. В этом вся прелесть! Никакой охраны! Тебя никто не ждёт! Приходи и бери.

Иллюзия исчезла.

— Действуй! Прямо! Сейчас!

— А если… — собирался я возразить.

— Заткнись и слушай! У тебя нет выбора, — заткнул меня синий, показав новую иллюзию, с Соней. — Подчиняйся. Или она умрёт. Или…

Возникла ещё одна картинка. С Олимпией.

— Они обе, — заключил синий. — Я не оставляю тебе выбора. У тебя его не было с того момента, как ты ступил в Нижний Город вслед за толстым неудачником. Поэтому… Поехали…

Всё ещё серый мир ожил. А я, наоборот, потерял возможность двигаться. Без звука открылась дверь. Мир напоминал сон, всё отдавало ощущением нереальности. В камеру входит сотрудница юстициариума. Девушка. Нет форменного пиджака с гербом, только блузка. Она несёт в руках поднос с ужином, которого я не просил.

Время замирает.

— А это чтобы тебя лучше мотивировать, — приговором прозвучали слова синего.

В его руке появился коготь.

— Для многих смерть — это конец, — сообщает он.

Кажется, девушка ничего не понимает. Не осознаёт. Для неё время не движется. Она смотрит мимо меня, видя то, чего нет. И не видя того, что реально. Сжимающая коготь рука небрежно двигается по спине девушки, обходит плечо, грудь. Лезвие, приближаясь к коже, натягивает ткань, очерчивая грудь.

Секунда, и нож погружается в податливую плоть без всякого сопротивления, безошибочно находя сердце.