|
Услышав слова «Белый Гвардеец» Тора воспряла духом и решила догнать нас и примкнуть к нам в надежде, что это не просто слова, или какая-то метафора, а это правда я и Аяка.
— Аяки, к сожалению, со мной нет. — вздохнул я, когда Тора закончила. — И я не знаю, где она. Несмотря на то, что твой рассказ пролил свет на часть истории, последняя ее часть все еще покрыта завесой тайны.
— Самая важная часть. — кивнула Тора. — Где Аяка с копьем? Что с ней произошло и куда она делась?
— Это один и тот же вопрос… И ответ на него нам еще предстоит найти. — я хлопнул ладонями по коленям и встал. — А сейчас, конечно, ты никуда уже больше не пойдешь. Остаешься со мной. Будем вместе думать, что делать дальше. Мне тебя не хватало.
Тора вздрогнула и подняла глаза от стола:
— Правда?
— Еще какая. — я улыбнулся. — Я же никогда не обманываю, забыла?
— Я и не знала. — фыркнула Тора, на мгновение превращаясь в ту самую Тору, которую я помнил. — Но я… Тоже рада, что нашла тебя.
Внезапно за моей спиной раздался хлопок полога палатки — внутрь кто-то вошел.
— Максим, у меня есть вопрос. — прогудел конунг и тут же смешался. — О, ты не один.
— Ничего страшного. — я обернулся. — Ты нам не помешал. Все хорошо. Что-то случилось?
— Не такой важности, чтобы прерывать свидание с дамой. — улыбнулся конунг.
— Это не дама… Ну, то есть, дама, конечно. — я сам улыбнулся своей глупости. — Но это много больше, чем дама. Тора, познакомься, это конунг Маркус. Половина нашей армии — люди его аванпоста. С него все началось.
— Очень приятно. — ответила Тора, не поворачивая головы и пряча лицо в тени.
— Мое почтение, уважаемая Тора. — в легком поклоне склонил голову Маркус. — Но почему ты прячешь лицо в тени?
— Она думает, что шрам ее портит. — улыбнулся я, подошел к Торе, взял ее за локоть и потянул вверх, заставляя подняться.
— Макс, не надо… — вяло сопротивлялась Тора, но я прижал ее к себе и скинул капюшон с ее головы:
— Ты все так же прекрасна. — честно сказал я, глядя в ее льдистые голубые глаза. — Скажи ведь, конунг?
И я повернулся так, чтобы свет свечей упал на лицо Торы. Она ощутимо покраснела и спрятала глаза.
— Я, конечно, не видел этого прекрасного лица до ранения, но могу уверить, что шрам действительно нисколько его не портит. — авторитетно заявил конунг. — Уважаемая Тора, ты действительно прекрасна, заявляю это как человек, повидавший на своем веку очень много женщин. Вот только…
Я обернулся:
— Что «только»?
Маркус стоял, задумчиво почесывая подбородок и критически сощурив глаза. Надеюсь, он не собирается мне тут сейчас все испортить?
— Уважаемая Тора, ты мне кого-то очень сильно напоминаешь… — медленно проговорил конунг и подошел ближе. — Если бы не шрам, я бы…
Тора шустро спрятала лицо у меня на плече.
Это еще что за новости.
— Так. — я отстранился, держа Тору за плечи на вытянутых руках. — В чем дело? Вы знакомы?
— Определенно, нет. — помотал головой конунг. — Но лицо все равно кажется знакомым.
— Точно? — я протянул руку, аккуратно взял Тору за подбородок и потянул вверх. — Тора, не сопротивляйся. Давай разберемся со всем этим прямо сейчас, потом может быть хуже!
Тора послушно подняла голову, но закрыла глаза.
И дыхание задержала, будто от страха.
И конунг, кажется, тоже. Только он перед этим еще и втянул в себя воздух, будто увидел нильского крокодила в Антарктиде. |