|
..
Мы взвились вверх, и тут моё внимание привлекло что-то необычное. За чертой города, немного западнее нашего лагеря стояли яркие шатры, подобные тем, что показывают в кино про бродячие цирки.
- Люди, давайте посмотрим?
Никто не возражал, и я мы направились в ту сторону.
Лучше бы мне на глаза не попались эти яркие пятна. Это и в самом деле были шатры. Красочной, праздничной расцветки, они ещё более усиливали эффект, производимый ужасным зрелищем. Эти люди, поняв, что произошло и бессильные что либо изменить устроили себе праздник. Кто читал Эдгара По, поймёт, о чём я. Столы, уставленные золотой и серебряной посудой. Кое-где стояли бокалы из хрусталя. Но ещё больше было осколков. Как будто, желая задобрить злую судьбу люди, выпив последнюю чашу, разбивали бокалы, даже в такой ситуации соблюдая ритуал, приносящий счастье.
В прошлые посещения мы посмотрели достаточно хроник, чтобы понять, что одежда, в остатки которой были облачены скелеты, не была повседневной. Пёстрые и вычурные, они явно предназначались для карнавала. В какой-то мере это и был карнавал, последний праздник жизни в этом мире.
Многие, уходя из жизни, занимались любовью. Тут и там лежали парочки, застигнутые смертью в объятиях друг друга. Это было ужасно, видеть обнимающиеся скелеты.
Вот, на неком подобии сцены стоят музыкальные инструменты. Чьи-то останки лежат на самом краю. Неведомыё мне певец так и умер, сжимая в руках микрофон. Подле электропианино - ещё один скелет.
Я подошёл к ударной установке и взял в руки палочки. Меня переполняла злость и, с остервенением, я начал выбивать ритм марша. Всё громче и громче терзал я барабаны, оглашая окрестности мрачными звуками, издрвне призывающими человеков в бой. Вы не поверите, мне, МНЕ, вопреки своей природной лени ХОТЕЛОСЬ воевать. Потрясённый жутким зрелищем я жаждал крови.
Пластиковая мембрана оказалась прочнее хрупкого дерева и одна палка сломалась. Ударив другой на последок по бронзовой тарелке я выбросил её и начал отбивать ритм руками, подобно тому, как играют на своих там-тамах дикие племена. Руки, облачённые в перчатки модуля извлекали звуки даже более мощные. Я что-то орал, давая выход ярости и срывая на несчастном музыкальном инструменте свою злость.
- Хватит, Юрка! Хватит!
Ленка схватила меня за плечи но, как и она я был в модуле. Мысленно напрягшись, я усилил сопротивление и продолжал молотить. Тогда Лёнька с Профом попросту вытащили у меня из под рук барабаны.
- Говорила же, пьяный ты. Лучше б дома сидел.
Но я уже начал остывать. Злость прошла и только пот, тёкший по лицу, напоминал о вспышке ярости.
- Пойдёмте отсюда.
Лёнька указал глазами на видеокамеры, установленные по краям сцены но я помотал головой.
- Хватит уже, насмотрелись. Да и, что это даст, в конце концов? Ещё одно свидетельство былой трагедии?
Мой друг пожал плечами а я вдруг пожаловался:
- Муторно мне, Лёнька. Хреново и тяжко.
- Что уж теперь. Так фишка легла.
- Хреново она легла, брат. Очень хреново.
Как-то понуро мы вернулись в лагерь. Я было потянулся за бутылкой, но Ленка по быстрому выхватила её из моих рук и "смылась".
- Совсем оборзел, ранимый ты наш. - Набросилась она на меня "выйдя". - Такими темпами ты скоро перекроешь рекорд Томми Джонса.
- Кто такой Томми Джонс? - Не сдержал любопытства я?
- Один из героев Книги рекордов Гиннеса. Согласно записи, 9 сентября 1982 г. Томми Джонс из Брисбена, житель штата Квинсленд в Австралии, был арестован за пьянство в 2000-й раз. Начало же рекордной серии было положено в 1957 г. |