|
Кто бы мне сказал, где тот сценарист, который, сидя в небесной канцелярии, придумывает сценарии побоищ, войн и войнушек, в которые потом вынуждены играть мы, люди. Такое чувство, что у него слабовато с фантазией и запас сюжетов весьма ограничен. Во всяком случае, у меня создалось впечатление, что Верховные, стоящие над миром стратеги, маршалы и генералиссимусы, повинуясь чьей больной фантазии мы снова и снова идём в бой, попросту копируют друг друга. Либо же, приходило на ум и такое, что это нечто фатальное. Безликое и неодушевлённое. Бьющее с размеренностью и методичностью парового молота. И нет ему дела до мелких людишек.
Где-то часа через три нас обстреляли из укрытия неизвестные личности.
- Вот, значит, как! - прорычал я уродам, которые стояли на пути и, притормозив, "ушёл" в коридор.
По быстрому облачившись в модуль, и захватив другой для Ольги, я "выскочил" наружу.
- Одевайся, быстро.
Она с удивлением пялилась на диковинную конструкцию, но как я уже говорил, всё в "кузнечиках" сделано так, чтобы было интуитивно-понятно с первого взгляда.
Я же уже взвился вверх и, не целясь, а полагаясь только на инстинкт и интуицию, пальнул в них из приделанного к руке АКМа. Попал - не попал - не знаю. И, так, на всякий случай, добавил из подствольника. Бабахнуло что надо. Хотя вряд ли в этой какофонии можно было что либо разобрать. Так что, скорей всего, это моё, без сомнения богатое воображение, дополнило картину звуковым эффектом. Но в ответ не стреляли и я, перекрестившись - куда же без этого - снова прыгнул, стараясь зависнуть над их окопом.
Как оказалось - попал. И ещё как. Очередь из лучшего в известной мне Вселенной автомата буквально смела три мужские фигуры, с чалмами на головах и патронными лентами крест накрест, превратив врага, бывшего несколько минут назад таким грозным в окровавленную кашу из плоти и крови, кое где перемежаемую остатками одежды.
"Значит, не врали, что очередью из АКМа можно свалить сосну или расщепить рельс". - Мелькнула мысль.
Да и, гранатомёт, без сомнения сделал своё дело, ибо у одного из трупов не было головы. Словно футбольный мяч, подброшенный ногой неведомого монстра, она валялась метрах в четырёх. Глаза были открыты, а зубы оскалены в страшной гримасе. И... ужас какой, ОНА МОРГАЛА.
Почувствовав, как к горлу подкатывает жаркий комок я не смог сдержать рвоты и, наклонившись блеванул, как когда-то, впервые увидев трупы зеленокожих пришельцев.
Ольга стояла рядом, бледная, как мел. По лицу её тёк пот а губы мелко дрожали.
- Вы... вы... Они...- И она заплакала, уткнувшись мне в грудь и принявшись колотить меня по плечам.
- Они первые начали. - Голос мой звучал хрипло, но детская отговорка вызвала улыбку.
- Простите, Юра. Я больше не буду.
- Я тоже.
Все-таки, молодец она. Малёк психанула, конечно, не без этого. Но и я ведь не лучше. Опозорился на глазах у дамы. Но в обморок не грохнулась и вообще. Я крепче стиснул зубы, подавляя желание "уйти" и "переиграть". Нет уж, уроды. Мы пришли с миром, и нравится это вам, или нет, а собираемся идти дальше. И никакие абреки за спиной мне не нужны.
По счастью, наш Джип не задело и, уже усевшись в кабину, мы увидели, как из-за бугра на нас выезжает танк, разворачивая свою башню. И никаких сомнений относительно его намерений у меня не возникло.
Я вскинул гранатомёт приделанный к левой руке, и нажал на спуск. Граната, на самом деле являющаяся ракетой ближнего действия, проделала в лобовой броне аккуратное отверстие и со звуком, напоминающим чавканье, разорвалась внутри. |