– Пункт ее назначения Кембридж. Можете проверить погоду там?

– Ждите. – На этот раз пауза затянулась. Затем его голос невозмутимо произнес: – Погода в Кембридже: с юго-запада быстро распространяется облачность, нижний уровень – тысяча двести футов, верхний уровень – три тысячи пятьсот футов.

Я не сразу ответил ему, переваривая ужасающие выводы из этого сообщения.

– Подтвердите прием сводки погоды, – автоматически произнес он.

– Прием подтверждаю.

– Последние метеорологические сводки показывают сплошную облачность к югу от реки Тис. – Диспетчер воздушного движения знал, что говорил. В лаконичном ровном тоне не было никакой паники и никакого волнения. Нэнси летела над слоем облаков, и никто не мог ей сообщить, где она находится. Она не видела землю и не могла узнать направление. Рано или поздно ей придется спуститься ниже, потому что кончится горючее. И, так как прибор не работает, она не сможет определить, долго ли ей можно держаться в воздухе. Теперь самое главное для нее спуститься ниже облачности, пока мотор еще действует. Тогда она сумеет найти место, где можно посадить самолет. Но если она начнет спускаться слишком рано или в неудачном месте, то может налететь на скрытую облаком гору. Даже для очень опытного пилота ситуация непростая.

– Может ли радар военно-воздушных сил найти ее и проследить, куда она летит? – Я говорил намеренно спокойным тоном. – Я знаю план ее полета... Сам составлял для нее. Видимо, она придерживается его, полагая, что в Кембридже ясно. Я могу последовать за ней и найти.

– Ждите. – Снова пауза, он запрашивал станцию военно-воздушных сил. – Измените частоту на радар Бирмингема – один-один-восемь-ноль-пять.

– Понял, – ответил я. – И большое вам спасибо.

– Желаю удачи! – сказал он. – Она вам понадобится.

Переключившись на Бирмингем, я сообщил радарной службе план полета Нэнси, скорость самолета и предполагаемое время, когда она должна пролетать над Личфилдом. Через несколько минут он передал, что у него на экране десять самолетов, похожих на описанный мной, но он не может определить, который из них нужен нам.

– Я проконсультировался со станцией военно-воздушных сил в Уаймсволде... Они не так заняты, как мы, им легче сосредоточиться на поиске одного самолета.

– Скажите им, что примерно в пять ноль три она должна изменить направление на один-два-пять.

– Понял, – сказал он. – Ждите. – И после минутной паузы сообщил: – Уаймсволд ответил, что они будут искать ее.

– Прекрасно, – вздохнул я.

Через несколько мгновений он снова включился и произнес с явным сомнением:

– У нас есть сообщение, что на борту самолета без радио Колин Росс. Можете подтвердить?

– Подтверждаю, – ответил я. – Пилот – его сестра.

– Боже милосердный! – воскликнул он. – Тогда нам лучше поискать ее.

Я попросил его пропустить меня через контрольную зону, чтобы не облетать ее. Они передали наблюдение за моим полетом радару в Нортвиче и затем в Личфилде. Мы работали в полном согласии. Я рассчитал, что вылетел минут через тридцать после нее, но благодаря незначительному разрыву во времени и большей скорости “Чероки” я смог бы перехватить ее до Кембриджа. Я в двадцатый раз посмотрел на часы. Пять пятьдесят. В пять пятьдесят три она должна будет повернуть на Личфилд, конечно, если догадается, что подлетает к Личфилду. Если она повернет точно по расписанию, то только потому, что слепо доверяет плану полета.