Метр за метром, то и дело задевая макушкой стальные уголки, Виант исследовал дно кабельного канала. Только, увы, без особых результатов. Лапы то и дело выворачивают из грязи различный мусор: шайбы, гайки, мелкие камешки, «окурки» электродов для дуговой сварки, куски проволоки и деревянные щепочки. Не то, всё не то, совсем не то. Однако Виант словно религиозный фанатик ползёт и ползёт по дну кабельного туннеля. Либо он найдёт хоть что-то годное на роль тарана, либо так и сдохнет от голода и жажды в этом кабельном канале. Третьего не дано.

Бог есть и он помогает самым упёртым. На хрен знает на каком по счёту метре передние лапы вывернули из грязи великолепный таран — кусок ребристой арматуры с оплавленными торцами длиной около пятнадцати сантиметров. Виант с превеликим трудов вытолкал долгожданную находку поверх электрических кабелей в гофрированных рукавах и сам выбрался следом.

Вот теперь другое дело. Виант захромал обратно к тупику из стальных труб. Словно величайшую драгоценность этого бренного мира правая передняя лапа сжимает кусок арматуры. Испачканные в жирной грязи пальцы едва не соскальзывают с ребристого металла. Дно кабельного канала на удивление оказалось чистым, почти чистым. Виант ожидал найти больше, гораздо больше всякого мусора. Ведь то, что начальство не может лицезреть каждый день, а особенно то, что погребено под метровым слоем земли, бетона и асфальта, редко кто чистит. Однако, нужно признать, военные строители поработали на совесть. И тем более в тройне приятно найти такой хороший, такой удобный и увесистый кусок арматуры.

Вот теперь совсем другое дело. Виант от души ткнул арматурой в дно заглушки. Стальной лязг словно пушечный выстрел, Виант недовольно поморщился. Однако заглушка как преграждала выход из трубы, так и продолжает преграждать его дальше.

Нет, нужно сменить тактику. Тупо долбить в стальную заглушку смысла не будет. Иначе надо. Виант изловчился и прицелился. Удар! На этот раз кусок арматуры со звоном опустился на правый луч крестообразного выступа. Стальная заглушка чуть заметно дёрнулась. Ага! Виант самодовольно усмехнулся. Так гораздо лучше.

Следующий удар пришёлся точно в центр выдавленного креста, заглушка чуть заметно сдвинулась вперёд. Вот как надо. Комбинируя удары то по правому лучу, то по центру креста, Виант принялся методично долбить стальную заглушку. Удар. Ещё удар. Наконец, затычка со звоном вылетела наружу.

Кусок арматуры выпал из ослабевших пальцев. Виант выглянул наружу. Это что-то вроде распределительного пункта. Причём, во внутреннем интерфейсе игры Виант развернул карту, он под самым большим зданием на базе. Лифт прямо по курсу, до него метра четыре. В распределительный пункт со всех концов базы стекают кабельные каналы. Каждый под завязку набит электрическими кабелями в стальных гофрированных рукавах. И всё это пыльное великолепие сливается в единый поток и изливается вниз.

Не дай бог поскользнуться, коварная пыль как банановая кожура. Виант осторожно глянул в шахту. Квадратный проход насколько хватает глаз уходит в темноту. Скат возле горловины специально закруглён, чтобы кабеля не изгибались под прямым углом.

Виант осторожно выбрался обратно в трубу. Ещё один пример экономного строительства. За железной стенкой должен быть лифт. Строители прокопали одну шахту и разделили её на две части. В самой большой туда-сюда ходит лиф, а в меньшей свисают электрические кабеля.

Как глубоко закопана база? А бог его знает. Может, метров десять, а может, и два километра. Виант тяжело вздохнул. Как жаль, что несколько раньше не догадался более внимательно разглядеть подъёмный механизм лифта. По количеству стальных тросов на барабане можно было бы составить хотя бы приблизительное представление о глубине. Может, технология строительства шахт на Ксинэе развита настолько, что глубина в три-четыре километра является нормой.

Виант понурил голову. На него только что сошло ещё одно озарение, только легче от этого не стало.