— А чего нельзя? — От старика попахивало спиртным перегаром. — Я тоже этот хренов ключ завсегда теряю. Дверь уже два раза ломал. Может, и тебе слесаря вызвать?

— Мою не сломаешь — крепкая. Я уж через балкончик. Веревка у вас найдется?

— Как не найдется? Есть веревка, — старик засмеялся. — На всякий случай храню, чтобы при нужде повеситься. Он сходил на кухню, вынес толстый шнур.

— Подойдет?

— В самый раз.

Катрич вышел на балкон. Узкая площадка, нависавшая над двором, выглядела свалкой старья. Вдоль стены выстроилась батарея пустых бутылок. Такие в винных магазинах уже не принимали, а выбрасывать то, в чем когда-то булькало спиртное, у хозяина не поднималась рука: а вдруг снова начнут принимать? У перил громоздились старые рейки и доски. Дачи у соседа не было, но он тащил в дом все, что попадало под руку, — был хозяйственный.

Осторожно ступая, Катрин добрался до ограждения. Остановился сбоку так, чтобы при спуске его нельзя было увидеть в окно. Привязал веревку. Перелез через ограждение. Скользнул вниз и встал на перила своего балкона.

Дверь в комнату открылась без скрипа. Левой рукой Катрич придержал тюлевую занавеску, чтобы порывом сквозняка се не втянуло внутрь.

Войдя, он сразу притворил дверь и прижался к стене. С кухни доносился легкий, едва различимый шум. Там кто-то осторожно пошевелился. Должно быть, гость выбрал позицию поближе к прихожей.

Он уже достаточно похозяйничал в комнате. Вещи были разбросаны. Из стола выдернуты все ящики, содержимое их валялось на полу. Скорее всего чужак не хотел нагибаться и шуровал вещи ногой. Из шкафа вместе с плечиками он вышвырнул новый костюм Катрича и его офицерскую форму, упакованную в полиэтиленовый мешок. Гость явно ничего нс искал, просто создавал видимость ограбления. А может, убийства с ограблением.

Катрич к одежде относился чрезвычайно бережно. С детства она доставалась ему немалыми натугами. Первый по-настоящему стильный костюм он приобрел будучи уже офицером. Каждую обновку, после того как возвращался в ней домой, он чистил щеткой, регулярно гладил, а надевая, опасался посадить пятно. И вот какая-то сволочь, мразь, вонючий подонок вышвырнул все на пол.

Сунув руку в карман, Катрич собрал в ладонь несколько крупных монет — пятидесяти и сторублсвиков. Дополнительный вес заметно усилил ударную силу кулака.

Наступая на задники туфель, Катрич разулся и в одних носках бесшумно двинулся к кухне.

Теперь самым трудным было дождаться, когда налетчик без особой опаски выползет из укрытия в прихожую. Помог случай.

У двери мелодично затренькал звонок. Это было так неожиданно, что даже Катрич вздрогнул. То же чувство испытал и налетчик. Он осторожно выглянул из кухни, стараясь понять, в чем дело. Мощный удар кулака тут же обрушился на его круглую лысую макушку.

— Гы-ы, — утробно екнул гость и воткнулся башкой в стену прихожей. Пистолет, который он сжимал в руке, упал на половичок.

Катрич перехватил оружие, ногой придавил шею противника к полу, завел ему руки за спину и накинул наручники, которые всегда носил с собой. Легко приподнял коротышку и отволок его в комнату.

Звонок в дверь повторился. Катрич быстро осмотрел пистолет своего пленника, передернул затвор. Из патронника на пол вылетел ранее загнанный туда патрон, и его место занял новый.

Лежавший на полу мужик очухался и растерянно моргал глазами.

— Извини, козел, за неимением своего воспользуюсь твоим. Может, твои кореши пожаловали? А? — Катрич усмехнулся. — Тогда моя стрельба, твой ответ.

Киллер скрипнул зубами от злости: его, упакованного таким оружием, мент взял без труда, а теперь издевается. Для Крысы, продумавшего акцию до мелочей, случившееся казалось необъяснимым.