– Ушла, – ответила Элен, не в силах дать внятное объяснение.

– Куда?

– Не знаю. Возможно, она прячется в доме.

– Я никак не могу найти одну вещь. Ее взяла сиделка или кто-то другой. Впрочем, сейчас это не важно.

Профессора словно поразило какое-то воспоминание: он резко развернулся и посмотрел на Элен.

– Как же вам удалось добраться до дома? – спросил он.

– Когда? – не поняла вопроса Элен.

– Когда вы шли через рощу. Я слышал ваши шаги. Я ждал. Но вы исчезли.

Услышав эти слова, Элен все поняла.

– Вы!..

Глава 31. Удачная охота

Элен все поняла.

Ужас подобно кислоте разъел накипь догадок и подозрений. Мозг лихорадочно заработал: как будто включилась каждая его клетка. В одно мгновение перед ней пронеслась череда кадров, складываясь в единую историю.

Профессор Уоррен задушил пять девушек, а еще раньше его отец убил двух служанок. Об этих преступлениях знала только леди Уоррен – и она осуществила правосудие. После смерти второй служанки она застрелила своего мужа.

Теперь леди Уоррен была стара, рассудок ее помутился, поэтому она просто бубнила что-то про деревья. Она считала своим долгом убить и сына, но все откладывала задуманное. После каждого преступления старуха говорила себе, что это последнее, но всякий раз происходило новое убийство.

С появлением в доме новой служанки леди Уоррен почуяла опасность. Она хотела защитить Элен и решила держать девушку в своей комнате, где ей ничего не грозило.

Попросив профессора зажечь сигарету, старуха заглянула ему в глаза и увидела до боли знакомый блеск: он снова убивал. Несмотря ни на что, она хотела уберечь пасынка от полиции. Леди Уоррен тайком встала и обыскала его комнату в поисках улик.

Тогда-то она и нашла шарф.

Элен почувствовала прилив благодарности к леди Уоррен, хотя теперь все это не имело никакого значения.

«Хорошо, что я прогнала сиделку», – подумала она.

Между тем сестра Баркер явилась девушке в новом свете: она скорее вызывала жалость, чем подозрения. В глубине души она была бесконечно женственна, однако непривлекательная наружность помешала ей обрести счастье, и потому она озлобилась.

Элен с тревогой задумалась: а где сейчас сестра Баркер? В такую минуту мужская сила и грубость сиделки пришлись бы весьма кстати.

Элен потрясенно смотрела на профессора. На первый взгляд в нем ничего не изменилось. Та же невзрачная интеллигентная внешность человека, привыкшего к вечернему гонгу и чаше для омовения пальцев. Вечерний костюм дополнял этот образ, а в голосе звучали прежние сухие ученые нотки.

Такого профессора Элен не боялась. Грядущее превращение – вот что до дрожи ее пугало. Она вспомнила слова доктора Пэрри о том, что между приступами преступник может казаться совершенно нормальным.

Девушка постаралась удержать профессора в его привычном обличье.

– Что вы искали? – спросила она как можно спокойнее.

– Белый шелковый шарф.

Сердце Элен ушло в пятки.

– Я видела его в комоде леди Уоррен, – быстро сказала она. – Сейчас принесу.

На мгновение ее посетила безумная идея: юркнуть в открытую дверь. Но надежда тут же погасла: профессор покачал головой.

– Не ходите. Где остальные?

– Миссис Оутс пьяна, а мисс Уоррен у себя в комнате – не может выйти, – ответила Элен.

Смутная довольная улыбка тронула губы профессора.

– Хорошо, – произнес он. – Наконец вы одна.

Его голос был по-прежнему отчужденным и сдержанным; Элен еще не теряла надежды заговорить ему зубы.