Фиар послушно шла следом, и в её голове творилась сумятица.

Вскоре они добрели до места, где был… нет, где когда — то будет возведён изящный дворец градоправителя. Хотя нет. Сначала там возвели Храм Меорна — Прародителя… а затем уже, после Битвы в Двуречье, на месте сожжённого храма выстроили дворец.

Правильнее, конечно, говорить «будет», «будут» и так далее — но Ривллим не успевал привыкать, что уходящий вчерашний день становится далёким будущим.

Итак, вот место, на котором будет основан Храм Меорна. Из — под небольшого углубления у подножия бил родник. Точно такой, как описано в легенде. Ривллим остановился, долго наполнял водой флягу и купленный накануне мех. Фиар молча следила за ним.

— Я немного посижу, — воин взобрался на возвышение — к большому белому камню неправильной формы, что выступал из — под земли. — У меня всё это в голове не укладывается. Куда нас забросило на этот раз?

— Вряд ли так уж далеко, — девушка вспрыгнула на камень и осмотрелась. — Вижу что — то к юго — западу. Километров пятнадцать…

Ривллим попытался вспомнить, что было в том направлении, и не смог.

— Люди ещё есть, — добавила девушка, усаживаясь рядом со воином. — Или уже есть, если так тебе приятнее. Чувствуешь, какой воздух, сайир? Он напоен магией. Эх, сейчас бы взлететь… — по лицу её пробежала тень грусти.

— Твоя магия позволяет летать? — поинтересовался воин.

— Позволяет, — вздохнула Фиар, — но за это больно бьют. — И вновь показала браслет. Тот выглядел живее обычного.

— Не снимается?

— Не снимается. И следит за мной, как и раньше.

— Что значит «следит»? — не понял Ривллим.

— То и значит. То, что для меня полезнее всего, не будет действовать, пока я в браслетах. А попытаюсь преодолеть силу силой — будет худо. Пробовала уже, — продолжала Фиар, заметив, что собеседник собирается что — то спросить. — Поверь на слово, ничего приятного. Более суток в себя приходила — думала, дух вышибет.

— Проклятия путешествуют вместе с нами, — заключил воин и извлёк Солнечный Лист. Меч выглядел посвежевшим — волны по клинку катились веселее и были видны даже при свете дня. — Интересно, знает ли про нас… — он замолчал, пристально посмотрел Фиар в глаза.

Глаза её расширились.

— Не вздумай произносить её имя, — предупредила она. — Хороший вопрос. Над временем она не властна… будем надеяться, что не знает. Если не совершим глупостей, не узнает.

— Знать бы наверняка, — вздохнул воин и поднялся на ноги. — Да, кстати. Было бы лучше, если бы ты спорола знаки отличия. В этой форме ты слишком уж выделяешься.

— Ещё чего! — отказалась девушка. — Это, сайир, настоящий подарок, не тот мусор на столе. Надо будет маскироваться, придумаю что — нибудь. — Она провела в воздухе ладонями перед грудью, и одежда её таинственным образом изменилась. Вместо ладной и скроенной на совесть формы офицера на Фиар оказалась поношенная плохо скроенная дорожная одежда. Ривллим засмеялся и хлопнул несколько раз в ладоши. Однако, стоило ему прикоснуться к ножнам Листа, как иллюзия рассеялась.

— Если она такая нестойкая, — проговорил он разочарованно, — вряд ли это поможет.

— Иллюзия действует, — возразила Фиар, — просто Лист не позволяет её видеть.