— Я не видел вас в этом городе раньше, — произнёс служитель Хаоса, улыбаясь. — Видно, что вы — неплохой воин. Это очень кстати. Правитель Заирри нуждается в подобных людях.

— Заманчивая идея, — ответил Ривллим, по — прежнему не поднимая глаз (давешний аристократ избегал смотреть служителю в глаза). — Хорошо, если возьмут на службу…

— Возьмут, — кивнул служитель. — Правитель прибывает сегодня вечером. Обратитесь в канцелярию завтра на рассвете.

— Так и сделаю, — воин ощутил, что перестал бояться этого человека с глазами гремучей змеи. — Не подскажет ли мне уважаемый собеседник, где я смог бы остановиться в Эриггвене?

Служитель молча махнул рукой на север — видимо, потеряв интерес к разговору. Ривллим торопливо поклонился ещё раз и зашагал в указанном направлении. Служитель побрёл в другую сторону.

Правда, оказалось, что в Эриггвене не один служитель Хаоса. В этом воин очень скоро убедился.

В канцелярию, значит. Смех, да и только. Канцелярия! Этот Заирри действительно создаёт собственное королевство. Впрочем, какое мне дело? Меня не разоблачили (непонятно, почему), спасибо и на том. Приступаем к следующему этапу. Сбору слухов. Начнём вот с этого заведения…

Заведение располагалось в трёхэтажном доме и носило гордое название «Попутный ветер».

Фиар тем временем завершала стремительный осмотр местных достопримечательностей. Она успела выяснить, что доступ к северной части города ограничен, что охрана там неплохая, и что служители Хаоса явно приглашены в Эриггвен по просьбе правителя. Мерзко всё это. Насколько она знает историю древних царств, пираты получили отпор на юге и двигались вдоль побережья, пока не обосновали крепость на дальнем Севере. Зародыш будущей Империи Лерей.

Либо что — то не в порядке с памятью, либо…

Место было отвратительным. Всякий раз, когда она пробегала (невидимая, естественно) мимо служителя Хаоса, тот настораживался. Вот это чутьё!

В конце концов, Фиар скрылась в одном из переулков и вышла на свет, в облике женщины в годах, не слишком привлекательной (здешние ухажёры вызывают тошноту), но и не уродливой. Немолодой и познавшей разные стороны жизни. Женщин в городе было на удивление много, но роль им отводилась самая примитивная.

Убедившись, что «маска» действует, Фиар посетила здешние торговые ряды. Чуть позже — начать искать в постоялых дворах Ривллима, а заодно какого — нибудь не в меру болтливого любителя поразвлечься.

Чем проще желания человека, тем легче им управлять. В этом Фиар убедилась на опыте: заставлять Ривллима делать то, что ей нужно, получается всё хуже и хуже.

Несколько раз чьи — то жадные ладони прикасались к ней — к тем пышным прелестям, которые должны были видеть окружающие — и всякий раз девушка молча давала сдачи. В последний раз обрушила на пристававшего залп отборной ругани — такой, что сама себе поразилась. Да, Афамис, когда обучила их здешнему языку (интересно, заметил ли это Ривллим?), не поскупилась.

Взоры обратились на Ривллима, едва он вошёл в просторную комнату, где дышать было решительно нечем. Впрочем, обратились ненадолго. Хмурый пришелец с двумя внушительными мечами за спиной молча проследовал к стойке, за которой восседал похожий на откормленного борова хозяин заведения, и молча бросил на стойку горсть серебряных монет. Интересно, откуда Фиар взяла это богатство? Не из воздуха же, в самом деле.

— Комнату, — произнёс Ривллим, встречаясь взглядом с оживившимися при виде серебра глазками хозяина. — Дня на три. Самую лучшую.

— Этого мало, — возразил хозяин, сгребая монеты.