Каменные тоже есть?

Что — то взвизгнуло возле самого уха. Ольт, перекатываясь, обернулся. Голем, влажно сверкая шагах в ста, сжал пальцы в кулак и резко махнул рукой в сторону Вемкамтамаи. Тот едва успел увернуться: брызги металла, шипя, перечеркнули разделяющее их пространство, звонко отскакивая от камней. Одна металлическая капля ударила рядом со щекой ольта, бросив в лицо пригоршню пыли. Прыгнув, ольт перекатился через груду камней и оглянулся. Путь к отступлению ещё не отрезан. Где хозяин этого оружия?

Молот вновь вспыхнул. Призрачное сияние разлилось вокруг; в этом сиянии Вемкамтамаи разглядел големов — каменных и металлических — что сновали в дальнем конце города. Кто бы ни командовал ими, он действовал разумно. Как отвлечь этих големов? А! Ну конечно же! Иллюзия! Слоги заклинания сами собой пришли на ум. На что ориентируются големы? На изображение? На тепло? Превосходно.

Ольт «закутал» созданного двойника в плащ и отправил его наискось, через весь город — подальше от платформы. Молот меж тем продолжал выплёскивать волны призрачного света; в одну из них попал бегущий почти прямо на ольта голем. Вемкамтамаи занёс было Хрустальный Свет над головой… но голем пробежал мимо, не обращая внимания.

Неплохо! Молот умеет защищать владельца. Надо направляться к западной части города: долго поддерживать иллюзию не получится, да и защита Хрустального Света может рухнуть в любой момент.

Ольт побежал на запад. В бледно — зелёных волнах света всё казалось ненастоящим; к тому же, следовало заставлять свою иллюзию бежать в другом направлении — неплохой экзамен на концентрацию. Сзади послышался шум: големы клюнули на иллюзию. Теперь главное — уворачиваться от их приветствий.

Бежать пришлось минут пятнадцать: город был велик. Иллюзию ольт потерял минут через десять — десять минут, показавшихся часом. Попробуйте управлять сразу двумя телами, одно из которых — ваше, настоящее, уязвимое! Когда сквозь голову иллюзорного двойника пролетели раскалённые брызги металла, ольт снял заклинание. Всё равно уловка раскрыта.

Ольт едва не пропустил нужное место: если бы молот не прекратил светиться, Вемкамтамаи проскочил бы неприметную груду обломков. Рефлексы сработали чётко: едва молот угас, ольт встал, как вкопанный и принялся вглядываться в окружающее пространство… для этого не обязательно двигаться.

Так он и заметил узкий лаз, ведущий вглубь большой кучи обломков, по правую руку. Стараясь не дышать, ольт перехватил оружие поудобнее (молот отозвался слабой вспышкой) и скользнул к щели.

Изнутри тянуло едким запахом алхимических реагентов, дымом костра и чем — то ещё — совсем неожиданным. Ольту почудилось слабое пение или чтение заклинаний. Ага! Внезапность — главное оружие. Он сосчитал до десяти, прижал молот к груди и скользнул внутрь.

— Вот оно, — произнесла Фиар с уважением. Ривллим посмотрел, куда указывала её рука, и понял, что вызвало это чувство.

Оракул представлял собой изящное каменное сооружение. Он походил на миниатюрный Храм — угадывались орнаменты, общие для всех святилищ; формой же напоминал пирамиду о четырёх гранях, со срезанным верхом. Грани указывали на стороны света и снаружи были покрыты изящной росписью. Оракул казался верхом совершенства — его присутствие здесь, в забытой богами земле, само по себе было чудом.

Окружая оракул множеством белоснежных колец, пышно цвёл бессмертник — линхо, один из древнейших цветков Ралиона. Несомненно, самый удивительный.

— Войдёшь? — поинтересовался Ривллим, не переставая любоваться. Фиар повернулась к нему лицом, на котором воин увидел мечтательное выражение, и покачала головой.