- Так не воюют же отделениями? – Удивилась мама.

- Мам. Вначале воевали только армиями. Потом уже пошли в ход полки, как минимальные единицы боя. Уже в Великую Отечественную воевали и вполне успешно батальоны и роты. На мой взгляд, последовательность вполне понятная и чёткая.

- А после что? Индивидуальный боец? – Усмехнулся папа.

- А снайперская пара? А спецназ который работает двойками и тройками? – Возразил Виктор. - Для страны вообще лучше, чтобы военным трудом занималась горстка профессионалов. Отлично обученных, хорошо вооружённых, и мотивированных высокой зарплатой. И их функция – лечь костьми, давая стране время на мобилизацию. Частичную или полную, тут уж как страна решит. Ну а ваша задача, в перспективе, сделать индивидуальное средство разведки для каждого бойца. Но это ещё очень нескоро. Твердотельные гироскопы, и контроллеры для них, только разрабатываются.

- Интересненько… - Протянул Пётр, отодвигая пустую тарелку. – А что с самолётами – разведчиками?

- У США сейчас на вооружении примерно полсотни разных типов самолётов-разведчиков тактического уровня, и три – стратегического. А у нас, при всей огромной армии, едва ли вообще наберётся пяток, и те с дрянной оптикой и неважнецким радиооборудованием.

Ситуацию конечно будем исправлять, но и для исправления нужен материал. Вот, например, ваша «Сотка» Тэ-четыре. Отличный получится разведчик. Особенно если ему высоту поднять и скорость, да поставить хорошую оптику. А в полосе до сотни километров всю разведку должны взять на себя беспилотники. Это как минимум дешевле, чем поднимать в воздух полноценный самолёт, а в случае с пехотой, и куда оперативнее. Кстати и по экранам у Глушкова есть прогресс. Маленькие, для приборов и полевой техники, уже сейчас можно делать на жидких кристаллах, а кинескопы довели до вполне вменяемой чёткости. Так что вполне можно наблюдать с земли за тем что снимает беспилотник. Но буквально лет через пять ну десять, появятся цветные экраны на светодиодах, и тогда вообще можно будет отказаться от механических приборов на панели. Поставить несколько экранов, и переключатели для выведения нужной информации.

С родителями Виктор просидел глубоко за полночь, рассказывая, а кое-что и зарисовывая на листках ватмана. К счастью родители всегда очень внимательно следили за техническими новинками, и в целом соглашались с последовательностями, прогресса которые рассказывал Виктор. Да и не было там ничего сложного кроме линейного предсказания, которое опиралось на предшествующий ряд.

А вот отец Виктора, с раннего утра попросился на приём к Генеральному, и они с Павлом Осиповичем долго разговаривали, и Пётр Александрович, показывал ему выкладки и идеи сына, добавив свои мысли, и вообще доложив развёрнутую обстановку по новому авиастроительному комплексу.

- Значит говоришь, решение пока не принято? – Уточнил Сухой постукивая карандашом по столу.

- Принято, но не оформлено. А чтобы стало принято, нужны веские основания у группы товарищей принимающих решение. – Пояснил Николаев. – Витька конечно молодец, что такое дело протолкнул, но и нам нужно поспешать.

- Ясно. – Генеральный конструктор кивнул. – Давай, формируй рабочую группу, и готовь эскизные проекты на всё что посчитаешь нужным. – Он помедлил. – И… я не знаю, мы ему что-то должны?

- Витьке? – Удивился Пётр Александрович. – Боюсь мы ему ничего дать не сможем, Павел Осипович. У этого шкета, уже всё есть. Знаете, на чём он ездит? На белоснежном Линкольне Континенталь, подаренном ему лично американским президентом. И свой дом в парковой зоне, и катер – настоящий корабль. Так что у него есть всё, что ему нужно. А нет, так он это буквально из-под земли достанет. И при этом, совсем не деляга.