Пистолет полетел вниз, но с этой немалой высоты увесистая железка больно ударила садиста по пальцам и выскользнула. «Макаров» поскакал по камням и булькнулся в воду.

— Твою мать! — вспылил Ян. — Криворукий! Поймать не мог⁈ Когда уже я от вас всех отвяжусь, идиоты…

— Да он мне чуть палец не сломал, — оправдывался Гоша. — Сейчас пошарю в воде.

— Нет времени! И так справишься! Сам говоришь, что раненая. Как бы не сдохла раньше времени.

— Такие кошки сами по себе не дохнут, — хмыкнул Гоша. — Без посторонней помощи… Но мы ей поможем.

Он все-таки зашел в яму с водой. Глубина оказалась почти по пояс, террорист пошарил по дну руками, неловко нагнулся и поскользнувшись, ухнул с головой. Вскочил, недовольно отфыркиваясь.

— Твою мать, там дальше глубина! Ты прав, обойдусь и без оружия.

Ян лишь презрительно хмыкнул, осуждая нерасторопность своего напарника, а вслух сказал:

— Я пройду вперед, посмотрю, куда ведет это ущелье, а ты давай по низу порыскай. Смотри, не упусти!

— Теперь не уйдет! — закивал Гоша и зашагал в черноту тоннеля.

Дневной свет, хоть и слабый, но всё же проникал сюда, фонарика не требовалось.

Выставив вперед нож, он осторожно пробирался вперед и очутился в подземелье, где проход сузился до пары метров в ширину.

Садист присел на корточки, силясь разглядеть следы крови, но ничего не видно, слишком темно. Или их уже и вовсе не было… Может, девка пошла не туда? Поэтому нет следов?

Гоша огляделся. Но нет, тут больше некуда идти. Если она только не залегла под водой там, сзади, что очень вряд ли. Он тут уже несколько минут, невозможно столько не дышать и прятаться под водой.

Гоша встал и направился дальше. Мрачные стены еще сузились и сдавливали по боками проход. Кое-где приходилось даже протискиваться боком, но потом тоннель опять расширялся. Вот он очутился в подобии комнаты. Сбоку бежит вода, а сверху брезжит солнечный свет. Тонкий рассеянный луч, но после полумрака и он показался ярким.

Гоша на секунду зажмурил единственный глаз, привыкая к свету, и не видел, как из-за огромного валуна выскочила Лиза. Она была всего в метре от него. Гоша ее пока не видел, лишь услышал шум и нахмурился, прислушиваясь. Эта секунда решила всё.

В руках у девушки был огромный камень. Она с размаху ударила им, держа сразу обеими руками, намереваясь размозжить голову врагу.

Гоша только что открыл глаз и не успел среагировать. Такого стремительного нападения он никак не ожидал.

Но ему повезло — Лиза наступила на скользкую от влаги поверхность каменной породы и покачнулась, припадая на раненую ногу. На мгновение она потеряла равновесие, и атака сорвалась.

Камень прошел возле головы противника, не встретив препятствия, он провалился в пустоту, утягивая за собой девушку. Лиза выпустила его из рук и тут же попала прямо в лапы садисту. Тот схватил ее одной рукой, а второй замахнулся для удара ножом.

Лиза отчаянно вцепилась в его руку, в которой блеснуло лезвие.

— Вот тварь! — вырвалось у Гоши, до него только сейчас дошло, что ему чуть голову не проломили.

Упиваясь своей властью и ухмыляясь, Гоша медленно приближал острие к лицу девушки. Несмотря на то, что Лиза держала его запястье обеими руками, противостоять его напору у нее уже явно не было сил.

Ее тело дрожало от изнеможения и готово было уже упасть и умереть прямо здесь, но жажда жизни и страх снова будто включили режим отчаянного бойца. Даже, скорее, зверя, который, будучи загнанным в угол, будет биться до последнего вздоха.

Острие медленно и верно приближалось к лицу Лизы.

— Сначала я выколю тебе глаз, как это сделала ты со мной! — злобно хохотнул Гоша. — А потом второй! Хотя нет! Второй пока оставлю, он тебе пригодится, когда будешь показывать, куда спрятала пульт.