Охрана отступила, открывая нам проход внутрь. Мы прошли по просторному, освещённому яркими лампами коридору. Внутри арена постепенно наполнялась звуками и суетой участников предстоящих боёв и их команд. На стенах висели указатели с номерами раздевалок, помеченные именами бойцов.

— Так, Саня, вот твоя — номер три, — указал Игнат. — У главного боя раздевалки отдельные, тебе тут повезло. Шамиль, твоя раздевалка чуть дальше, там вместе с другими пацанами. Комната номер семь.

— Понял, тренер, — ответил Шама, потерев ладони.

Я заметил, что его волнение усиливается по мере того, как приближается его бой. Оглядываясь, он пошёл к раздевалке номер семь.

Я толкнул дверь своей раздевалки и вошёл внутрь. Раздевалка оказалась просторной, комфортной и современной. Яркое освещение, аккуратные деревянные лавки, свежие полотенца. Даже отдельная душевая и небольшой холодильник с напитками. Всё сделано специально для того, чтобы бойцу было максимально комфортно перед боем.

— Отлично подготовились, — сказал я, осматривая раздевалку. — С условиями мне явно повезло.

— Ну ещё бы — главный бой вечера, — прокомментировал Игнат. — Проституток и баньки не хватает, как в старые добрые.

Я бросил свои вещи. По большому счёту, в раздевалке пока делать нечего.

— Пойду сейчас к Шаме, — сказал я Игнату, который уже набирал кого-то по телефону. — Мне секундантом у него быть сегодня, надо подготовить как следует. Он явно нервничает.

— Правильно, иди настрой парня, — одобрительно ответил Игнат. — Потом уже сам будешь готовиться. Ща, брат, по бизнесу перетереть надо. Алло… да, Игнат беспокоит.

Я направился в раздевалку номер семь. По пути встретил несколько бойцов из предварительных боёв. Со всеми поздоровался, многих из них я хорошо помнил ещё по конференции.

Внутри общей раздевалки оказалось гораздо оживлённее. Несколько бойцов разминались, другие готовили бинты и мази, обсуждая свои бои и соперников. Этакая атмосфера предбоевого напряжения. На скамейках лежали бинты, капы, валялись сумки с формой.

Шама сидел чуть в стороне на деревянной скамье, переодетый в спортивные шорты и майку. На плечах — большое махровое полотенце, голову он низко опустил, прикрыв глаза и что-то бормоча себе под нос. Я сразу почувствовал, что парень сильно нервничает.

Для него это была первая схватка на голых кулаках. А это всегда серьёзное испытание — намного сложнее, чем обычные бои. Здесь совершенно другие ощущения. Никакой защиты, только жёсткий, бескомпромиссный обмен ударами.

Я подошёл и сел рядом с ним. Шама вздрогнул, поднял голову и посмотрел на меня с тревогой.

— Ты чего раскис, брат? — спросил я негромко.

Шама тяжело вздохнул и потёр ладонями лицо.

— Саня, если честно, вообще не по себе. А вдруг ничего не получится? Вдруг я там просто рухну от первого же удара? Столько народу будет смотреть… не хочу позориться. А ещё мои, блин, эти ставки поставили…

— Шама, ты не о том думаешь. Подумай лучше, что будет, когда всё получится. «Приору» свою поменяешь, наконец-то, на нормальную машину. Бросишь эту работу свою на стройке, начнёшь заниматься кулаками профессионально. Ну и родителям поможешь. Вот о чём думать надо.

Он внимательно посмотрел на меня, постепенно успокаиваясь и выравнивая дыхание. Я видел, что мои слова доходят до него и придают уверенности.

— Вот это реально важно, брат, — продолжил я. — Ты сюда не проигрывать пришёл. Ты пришёл менять свою жизнь. А сейчас есть только ты, твои кулаки и противник, которого надо пройти. Ты готовился, ты знаешь, что делать. Просто выходи и делай.

Шама медленно кивнул и вздохнул уже спокойнее.

— Спасибо, Саня. Прав ты.