— Спешишь куда? — полюбопытствовал я.

— Да не мешало бы в одно место звякнуть… — согласился Игнат. — Только ни хрена мобильника нет.

Телефона нам действительно пока ещё не отдали. Однако ждать оставалось недолго. Ещё минут через пять в дверь раздевалки постучали. Вошёл сотрудник, одетый по гражданке, явно уставший после всей этой суматохи и задержаний.

— Можете выходить, — произнёс он устало. — Основные мероприятия закончены, проходы свободны.

Он протянул нам с Игнатом телефоны, которые забрали ещё в начале задержания.

— Ваши мобильники. Если что-то понадобится — с вами свяжутся следователи. Так что будьте на связи, чтобы нам не пришлось вас повестками вызывать.

— А как там вообще дела? — спросил я, забирая свой мобильник.

Сотрудник пожал плечами.

— Без понятия. Сказали только, что вас пока больше не задерживают. Извините за неудобства — просто приказ такой был.

— Понимаем, — кивнул Игнат, явно довольный тем, что наконец-то всё закончилось.

— И ещё… — он протянул мне какую-то бумажку с каракулей. — Если тормозить до выхода будут — покажете, и вас пропустят.

Сотрудник, не говоря больше ни слова, вышел, оставив нас в раздевалке.

— Ну что, пошли? — я обернулся к Игнату. — Хватит уже тут сидеть.

— В больничку поедешь? — уточнил Игнат.

— Да какая больничка, — я отмахнулся. — На мне, как на собаке, заживёт.

— А сам Шамиля пенял! Гля, какой жучара!

Мы с Игнатом вышли из служебного выхода и направились через тёмный коридор к парковке.

Голова до сих пор слегка кружилась от полученных ударов. В теле ощущалась накопившаяся усталость. Я мечтал только о том, чтобы наконец оказаться дома и рухнуть на кровать, забыв о всех этих разборках и драках.

Игнат тут же начал звонить кому-то.

— Обижаешь, конечно, будем! Тут просто обстоятельства непредвиденные, чуть опаздываем… ага, будь здоров, мы скоро!

Бумажку от сотрудника в гражданском пришлось показать уже у самого выхода. Там дежурил один из ОМОНовцев. Взяв бумажку, он скользнул по ней глазами и кивком показал, что мы можем выходить.

Когда мы открыли тяжёлую дверь и вышли на парковку, то неожиданно увидели прямо перед входом внушительную толпу. Люди заметили нас — и сразу же поднялся радостный шум.

— Саня! Саня! — послышались крики одних.

— Файтер! Чемпион! — скандировали другие.

Я застыл на мгновение, слегка ошарашенный таким приёмом. Паренёк из толпы поднял большой плакат с моим именем. Болельщики ждали меня, несмотря на события этого вечера.

Игнат слегка толкнул меня в плечо и усмехнулся:

— Ну что, чемпион, похоже, народ тебя признал. Пошли общаться?

Впрочем, идти никуда не пришлось. Толпа сама двинулась к нам, мгновенно окружив со всех сторон. Болельщики тянули руки для приветствия. Столько рук, сколько я жал сегодня, мне не доводилось жать ещё никогда.

— Саня, несмотря ни на что, ты победил! — громко сказал парень в спортивной куртке. — Для нас ты чемпион. Народный чемпион!

— Да, брат, уважаем! — вторил ему другой, крепко пожимая мне руку.

Остальные подхватили:

— Саня, ты красава! Мы за тебя!

— Плевать на эту грязь — для нас ты победитель, брат!

Признание от простых парней, которые оценили не постановочный результат, а честную схватку, было для меня важнее любых официальных побед.

— Спасибо, мужики, — сказал я, пожимая им руки. — Это многого стоит, честно.

Мы уже нашли белый крузак и собрались садиться, как Игнат застыл и нехорошо так нахмурился.