– Вы немного опоздали. Мне стало плохо, но моя приемная дочь помогла решить проблему.

– Правда? – Служанка перестала пятиться и снова посмотрела на меня. Уже не так смущенно, а скорее виновато. – Извините!.. Я-то уж подумала…

Я догадывалась, о чем. Бедняжка прибежала на шум, заподозрив беду, а в итоге помешала жаркой ночи! Якобы.

– Главное, что сейчас все хорошо. – Я поднялась с кресла и спокойно прошла к выходу. Надо заканчивать это представление, чтобы не привлекать лишнего внимания. – Доброй ночи, господин Люцмор. Надеюсь, больше недуг не потревожит ваш сон.

Служанка рассыпалась извинениями и вместе со мной покинула номер Мора. Она проводила меня несколько метров до двери в мою комнату и ушла к лестнице. Позже я выглянула за дверь еще раз и заметила других служанок, которые чистили ковры или протирали пыль…

Видимо, чтобы днем не мешать гостям, уборку в «Пике» проводили ночью.

Что ж, буду знать на будущее. На темноту здесь не стоит особо рассчитывать – коридоры замка не бывают пустыми.

А вот что точно стоит запомнить – дверь всегда нужно запирать.

* * *

Утром я ожидала продолжения разговора с Мором. Но ни на завтраке, на который мы спустились с Антуаном вдвоем, ни на обеде профессор не появился.

– Брошенные дети, – изображая печаль, вздохнул Антуан. – Мы предоставлены сами себе…

Стараясь не привлекать ненужного внимания, мы держались настороженно. Продолжали изучать замок и его окрестности, а я заодно еще и постоянно оглядывалась. Боялась, что Лоркраф будет следить… Но за день не увидела ни намека на присутствие злодея из своего прошлого.

Сегодня мы гуляли столько, что к вечеру у меня гудели ноги. Погода смилостивилась, так что в замок мы вернулись на закате. Успели посетить местную ярмарку, где объелись сахарными пышками с горячим шоколадом; в окружении гор нашли заледеневшее озеро для катания на коньках… Но ни следа исчадий или энергетического всплеска из бреши.

– Если продолжим в том же духе, то практику мы все завалим, – пробормотала я, когда мы с Антуаном, уставшие, шли по безлюдной тропе обратно к замку.

– Мне отец голову открутит, если провалю испытания и лишусь магии на последнем курсе, – мрачно поделился Антуан. – Он так надеется, что я отучусь и стану рыцарем луны… Я иногда думаю: а может, к исчадиям? Бросить это все и жить спокойно.

Я с интересом посмотрела на Антуана. Его светлые глаза будто потемнели от мрачных дум.

– Никаких тебе командировок к брешам. Никакого риска… Но и никаких приключений, славы. Я привык представлять свою жизнь иной. Вижу себя только рыцарем.

Снег хрустел под ногами, будто поддерживая переживания Антуана. Я с пониманием кивнула и ниже опустила голову. Так было теплее – воротник грел порозовевшие от мороза щеки.

– Боюсь представить, что чувствуешь ты, когда думаешь о том, что можешь лишиться сил, – произнес Антуан. Его задумчивый взгляд – будто многотонная глыба, что легла на плечи.

– Я ничего не чувствую, – обронила я быстрее, чем успела обдумать слова. А потом торопливо добавила: – Я просто и мысли не допускаю, что у нас что-то не получится. Так что приложим усилия и покончим с этим. Верно?

На губах Антуана родилась улыбка. Он положил пятерню мне на макушку и взлохматил волосы. Ну, действительно, как доставучий старший брат!

– Какая ты мудрая, Лирида! Неудивительно, что ты… Кхм…

– Что я – это я, – подсказала я, и Антуан кивнул.

– Да.