— Беру! Хотя мне интересно, а что есть в спальне не для слуг?

— Вицлав, — Дмитрий привлёк внимание поляка. — Не отходите далеко от неё, — кивок в сторону ведьмы. — Если она скажет об угрозе — не тратьте время сомнения, сразу напряглись и поставили защиту. А дальше… Вайорика, ты, главное, скажи: бежать или сидеть на месте.

Ведьма кивнула.

— Да, поняла. И меня вроде отпустило. Так что у нас на подкрепиться?

Пока организовывали обед, Дмитрий позвонил в Генеральный штаб Рейхсхеера. Представился генерал-губернатором и выразил желание встретиться с начальником Генерального штаба, Генерал-оберстом фон Герсдорфом в компании с представителем военно-морского флота, адмиралом Хоупом. Секретарь был несколько удивлён, но немецкая педантичность сработала. Генерал-губернатор союзного государства был лицом достаточно весомым, чтобы подобную просьбу удовлетворить, и бюрократический механизм заработал. Секретарь уточнил предмет разговора, чтобы господа фон Герсдорф и Хоуп могли подготовиться к разговору, после чего спросил о срочности. Мартен настоял на важности разговора, и секретарь, переговорив с личным секретарём начальника Генерального штаба, назначил встречу на завтра.

— Простите, господин герцог, сегодня господина Генерал-оберста нет на месте, он будет только завтра.

— Благодарю, один день терпит, — согласился Мартен.

Положив трубку, Дмитрий со странным выражением лица уставился на телефонный аппарат.

— Что? — спросила Ядвига.

Мартен вздохнул.

— Одна часть моих воспоминаний показывает сцены бесконечных боёв. Фон Герсдорф, начальник Генерального штаба, был убит мой. До этого на него совершалось два покушения, оба раза неудачно, только мне и моей группе удалось добраться до Генерал-оберста, пусть и с потерями. Сильных штабных офицеров в империи хватает, гениальных всего несколько. И, когда мы их выбили, дела у противника пошли заметно тяжелее.

Дмитрий кивнул на телефон.

— А сейчас я звоню и договариваюсь о встрече с ним же. Могу выйти и пройтись по Берлину. А там многие из нас мечтали добраться до Берлина, чтобы стереть его в порошок. В отместку за Петроград. У меня довольно хорошая память. Не идеальная, но хорошая. И я помню много имён, имён тех, кто совершал военные преступления.

— Это видение, — напомнила полька.

Герцог кивнул.

— Верно. Только для меня это память. Странная память, обрывочная, противоречивая, но память. И завтра мне идти в Генеральный штаб, треть которого я вполне могу знать если не в лицо, то по описанию точно. Я понимаю, что все эти люди ничего не делали и, вероятно, никогда не сделают того, о чём я помню.

Вскоре прибыли слуги, чтобы накрыть стол. Впрочем, обед не задался. Вайорика поела совсем немного и отодвинула тарелку.

— Простите, кусок в горло не лезет.

Дмитрий вяло ковырялся в мясе, Ядвига, глядя на него, тоже не торопилась. Вицлав переводил взгляд с одного своего спутника на другого.

— Господа и дамы, — не выдержал поляк. — Мне больно видеть вас в таком состоянии. Ядвига, может быть, выведешь нашу ведьму на прогулку? Какую девушку не отвлекут покупки?

Вайорика на такое предложение удивлённо подняла брови.

— Ты знаешь, как сложно мне подобрать одежду? Чтобы она не мешала фетишам? Даже если мы чего-нибудь накупим, носить-то я это где буду?

— Ты же не всегда на службе? — не понял Вицлав. — На яхте ты без…

Ядвига со значением откашлялась, Вицлав сбился с мысли, покосившись на Крсманович.

— А если не одежду? — спросила Дмитрий. — Драгоценные камни? Качественные изделия разве не будут сильнее твоих…

Ведьма нахмурилась:

— Дешёвых стекляшек?

— В том числе, — не стал отрицать Мартен.