Куница поднял руку и указал куда-то в воздух.

— Двойной взрыв. Система наведения сработала так, что обе боеголовки детонировали почти синхронно, расхождение в границах погрешности. Боевая часть с магической взрывчаткой. Самолёт, способный пережить пробоину в корпусе и лететь с разгерметизацией грузового отсека, вспыхнул за секунды.

Опустив руку, Дмитрий повернулся к подполковнику.

— У вас здесь постоянно повстанцы с новейшими образцами оружия разгуливают?

Дубров отрицательно покачал головой.

— Нет, Ваша Светлость. Шогун поставляет комплексы первого поколения, ненадёжные, да и боевая часть там слабая.

Дмитрий медленно побрёл вдоль обгоревшего остова.

— До нас за три часа сел один борт и взлетело два, — на ходу говорил Мартен. — Однако стреляли именно по нам. По мне. Будь я слабее — у них бы получилось.

Куница остановился, глядя на корпус. На конкретное место. Затем развернулся и окинул взглядом ближайшие холмы.

— Значит, никаких следов? — спросил генерал-губернатор. — Они даже не курили, пока ждали?

Дубров отрицательно покачал головой.

— Ничего. Мы только примерно представляли, откуда сделан пуск…

Дмитрий жестом остановил подполковника.

— Я понял. Давайте прокатимся, я покажу дорогу.

— Вы можете их найти? — удивился Дубров.

— Они убили моих брата и сестру, подполковник. Я найду их даже на том свете, если потребуется.

Подполковник уступил пассажирское сидение генерал-губернатору, а сам сел позади. Дмитрий направил машины между холмами. Грозовой фронт докатился до аэродрома, начался дождь. Крупные капли стучали по крыше, разбивались о лобовое стекло. Молнии били в уловители аэродрома, но бойцы всё равно опасливо посматривали в небо. Дмитрий смотрел прямо, не отвлекаясь на раскаты грома и прочий шум, и только корректировал движение короткими командами. Внедорожник прокладывал путь сквозь редкий лес.

Мартен остановил машину у подножья одного из холмов.

— Дальше пешком.

Бойцы неохотно покинули машину.

— Дождь окончательно смоет следы, — негромко сказал один из солдат другому.

Но Дмитрий его услышал.

— След, по которому мы идём, не смоет ни один дождь. На них кровь. Кровь моих близких. Кровь бойцов и офицеров, ваших товарищей. Кровь членов экипажа. От возмездия они не уйдут.

Бойцы переглянулись и более не встревали. Подъём на холм не занял много времени, Дмитрий пробивал дорогу магией, расчищая от листвы и кустарников, а при необходимости даже закрывал овраги и создавал путь по почти отвесному склону.

На небольшой поляне Дмитрий остановился, присев у дерева. Обернулся, глядя сквозь прореху в листве на тёмные облака.

— Она стреляла отсюда. Последней. Точнее, во второй очереди, после запуска ракеты с дезинтегратором защиты.

Генерал-губернатор указал рукой на листву в стороне от дерева.

— Бросила мешок здесь. Не мешок, тубус, завёрнутый в мешковину. Тяжёлый, она едва его подняла.

Мартен обошёл поляну и остановился. Глаза его полыхали магией, Дмитрий смотрел на то, что никто другой не видел.

— Девушка, двадцать лет, плюс-минус. Одежда простая, крестьянская. Да и сама она крестьянка. Хват не совсем верный, обучили по-быстрому.

Куница закрыл глаза.

— У меня есть её лицо.

— Она могла приехать из любого уголка острова. Или вообще приплыть с контрабандистами, — сказал Дубров. — Может есть что-то ещё, Ваша Светлость?

— Не волнуйтесь, подполковник. Я ещё не закончил, — Мартен открыл глаза и повернулся к Дуброву. — Сам ракетный комплекс мне незнаком.