– Эх ты, тёпа! – сказал Николай. – Дай ка топор!

Но Левушка не принял помощи.

– Нет, я сам! – сказал он настойчиво и спрятал топор за спину.

Я показал парню, как надо рубить – не поперек волокон, а наискосок, показал, как держать топор, заостряя колья. Левушка затюкал увереннее. Тут подошел Глеб с длинными кольями, и мы занялись первой палаткой.

Лагерь вышел на славу. Все четыре палатки мы выстроили в ряд, лицом к реке (одну – для нас с Мариновым, вторую – для Ирины, третью – для студентов, в четвертой устроили склад), окопали их канавками на случай дождя, перед входами устроили линейку, очистили ее от камней, веток, щепок, подмели. Мы даже смастерили стол и скамейки из неошкуренных осинок. Это Николай придумал сделать стол.

Потом мы нарубили лапника, подстелили под спальные мешки и улеглись с чистой совестью. Только Левушка не захотел отдыхать. Он взял топор и ушел в осинник тренироваться.

Так лежали мы до обеда, ожидая, чтобы Маринов пришел, удивился и расхвалил нас.

Дождались!..

– Очень красиво! – сказал Маринов. – Но кто будет подметать? Только не я. И кто будет сторожить снаряжение? Лично я предпочитаю по ночам спать, чтобы днем работать со свежей головой. Дайте мне синий чемодан и желтый полосатый, я положу их под голову. А вы, если хотите, можете дежурить ночью.

В заключение он попросил переставить его палатку к реке тылом.

– Не люблю, когда дует в дверь, – сказал он. И еще добавил: – стол переставлять не нужно.

Я понял урок и запомнил его. Смысл его: не действуй по шаблону! Да, палатки ставят и солдаты и геологи. Но в гарнизонах важнее всего дисциплина. Поэтому порядок, чистота, внешний вид там важнее отдыха. А в экспедиции самое главное работа – геологическая съемка. Лагерь ставится, чтобы люди отдохнули, – он должен отвлекать как можно меньше сил.

 

3

 

– Вы даже не спрашиваете, куда мы ходили, – сказал Маринов за обедом.

– В самом деле, куда? Разве не в банк?

– Прежде всего мы пошли в обком.

– Леонид Павлович прочел там лекцию о задачах экспедиции, – вставила Ирина.

– А зачем вы ходили туда? Ведь обком не властен над половодьем!

– Вот и в обкоме сказали: «Мы не распоряжаемся половодьем. Надо было написать нам своевременно. Тогда мы посоветовали бы ехать в Усть Лосьву зимой санным путем, а в начале июня с высокой водой подниматься по Лосьве».

– Конечно, надо было писать, – сказал Глеб. – В Усть Лосьву послали письмо, а сюда не догадались.

– А сейчас все размокло: и дороги и аэродром, – ответили нам. – Надо ждать, пока он высохнет. Но можно договориться, чтобы вашу экспедицию отправили в первую очередь.

– Да, самолет нас выручил бы, – заметил Левушка. – Надо, не откладывая, сходить на аэродром.

– Уже были, – улыбнулась Ирина, – Леонид Павлович и там сделал доклад о задачах экспедиции.

– Неужели подействовало?

– На начальника аэродрома нет. Он твердил, что по инструкции не имеет права посылать самолеты. Но механики сказали, что есть там еще одно влиятельное лицо – старший летчик Фокин. И, если Фокин захочет лететь, начальник не откажет.

– И он захотел? – спросил Левушка с восхищением.