— Приходится верить тебе на слово, — бесстрастно отреагировала Касс.

Габриэль помогла ей найти диванчик, и она опустилась на него, Цербер уселся около ос ног. Когда Габриэль попыталась отойти, Касс цепко схватила ее за руку. — Нет никакой надобности спрашивать, как ты поживаешь. Я чувствую это. Ты, несомненно, вся светишься. Вы с капитаном Реми, должно быть, очень неплохо поладили. Даже очень хорошо.

Смутившись от того, что Касс сумела разгадать ее состояние по одному прикосновению, Габриэль постаралась высвободить свою руку. Горячий румянец выступил у нее на щеках.

— Да, дела идут хорошо. Мне многое надо сообщить вам.

Габриэль устроилась на табурете поближе к окнам, где могла не выпускать из виду Реми. Как можно короче, она рассказала Касс о турнире и принятом решении.

Касс слушала, не перебивая, массивная голова Цербера лежала у нее на коленях. Она откинулась на спинку дивана и рассеянно почесывала уши собаки. Когда Габриэль закончила, Касс покачала головой.

— Выходит, ты намереваешься бросить вызов своему великому предназначению, — изумленно, хотя и с нежностью в голосе проговорила она, — и считаешь, что все это стоит потерять из-за любви? Ах, моя глупышка Габриэль.

— Вероятно, я совершаю глупость. Но, возможно, я впервые в своей жизни принимаю правильное решение.

— И ты хотела покинуть Париж, даже не попрощавшись со мной?

— Конечно, нет. Если бы вы не пришли сюда, я пришла бы в Мезон д'Эспри убедиться, что с вами все в порядке, и предупредить об охотниках на ведьм.

— И ты бы не забыла обо мне? Ну, уж вряд ли. — Рука Касс задержалась над головой пса.

— Конечно, не забыла бы. — Габриэль удивило задумчивое выражение, омрачившее лицо Касс. — Ведь мы же подруги, разве не так?

— Да… как сестры, поэтому, вероятно, ты уже догадалась, зачем я пришла.

— Нет, должна признаться, я в крайнем недоумении. Вы редко покидаете Мезон д'Эспри, и рисковать выбраться оттуда теперь, когда охотники на ведьм наводнили Париж…

— Ба! Вот еще! — Касс пренебрежительно махнула рукой. — Я же говорила тебе, охотники на ведьм не волнуют меня. У меня прежде был опыт общения с ними.

Жуткий опыт, и этого уже достаточно, чтобы оставить глубокий шрам на всю жизнь. Она потеряла всю свою семью. Габриэль не понимала, как Касс могла говорить с пренебрежением о таком страшном событии, но, возможно, это был ее способ справляться с горем. Касс снова принялась поглаживать пса.

— Я здесь сегодня только затем, чтобы получить от тебя обещанное. Ты обещала мне выполнить мою просьбу в обмен на мое обращение к царству мертвых. Ты ведь помнишь об этом?

— Конечно, помню. Я давно хотела отплатить, особенно если это поможет вам выбраться из той ужасной темницы, где вы продолжаете скрываться. Только скажите мне, чего желаете.

— Совсем, совсем немного. Николя Реми.

— К… как это?!

— Прежде чем пугаться, позволь мне объяснить. Мне он нужен только на одну ночь.

Габриэль была настолько ошеломлена, что какое то время не могла произнести ни слова.

— Боже мой, Касс! — Она неловко рассмеялась. И зачем вам Реми?

— Дорогая моя Габриэль. — Касс растягивала слова. — По какой причине женщина может пожелать заполучить такой прекрасный экземпляр, как твой капитан, в постель на одну ночь?

— П… постель?

— Только не говори, что ты потрясена. Ты отнюдь не чопорная барышня с поджатыми губками и стойкими моральными принципами.