— Нет! — пронзительно вскрикнула Габриэль.

Она отчаянно цеплялась за Ренара, но грубые руки Брэкстона заломили ей руки за спину. Она боролась, пытаясь высвободиться, найти способ как-то помочь Ре-нару, но напрасно. Габриэль зарыдала от отчаяния, когда, прижав к горлу Ренара острие шпаги, его силой повели к двери.

— Стойте! — прозвенело откуда-то. Девичий голос прозвучал как серебряный колокольчик, так же чисто и прозрачно, как родник в лесу. Все замерли, во все глаза глядя на закутанную в плащ фигурку, которая появилась из темного прохода, ведущего к кухне. Откинув капюшон, на свет вышла Мирибель Шене.

— Какая нелегкая принесла вас сюда? — Цедя слова, Симон двинулся на Мирибель.

— Ты солгал мне, Симон. Ты не сдержал своего слова.

Мири подняла на него глаза. Она смотрела на него таким чистым, открытым взглядом, что Габриэль не понимала, как Аристиду хватало мужества встретить его без содрогания. Но он даже не попытался ни оправдываться, ни просить прощения.

— Я охотник на ведьм, Мири. Вы должны были понимать это. Я делаю то, что мой долг велит мне.

— Тогда, как ни прискорбно, у меня тоже есть свой долг. — Плащ Мирибель сполз с ее плеч, когда она подняла пистолет и навела его на Аристида. — Прикажи своим людям уйти, Симон. Освободи мою сестру и Ренара.

— Иначе что? Вы выстрелите в меня?

— Если придется. — Лицо Мири застыло в ожесточении, а глаза становились все холоднее, совсем как далекие звезды на ночном небе. — Отпусти их. Сейчас же.

Мири поправила пистолет, целясь Симону прямо в сердце. А он только смотрел на нее, и весь шквал обуревавших его чувств отражался на его изуродованном лице. Недоверие, горечь, отчаяние. Безухий Брэкстон только крепче вцепился в руки Габриэль, но она ощущала и его беспокойство. Охотники, задержавшие Ренара, замешкались у дверей. Граф легко воспользовался бы их замешательством, чтобы вырваться от них, но он, как и все остальные, не спускал глаз с Мири.

— Не надо. Детка, опусти пистолет. В этом нет необходимости. — Ренар сделал странное ударение, словно пытался передать Мирибель какое-то тайное сообщение.

Брэкстон переступил с ноги на ногу и нервно позвал:

— Господин Балафр?

Ни Симон, ни Мири не отвечали. Эта пара замерла в своем противостоянии. Для них обоих все вокруг просто прекратило свое существование.

— Отлично, — сказал ей Симон со странной, безнадежной улыбкой, словно человек, покорившийся неизбежному. — Давай же. Сделай это. Убей меня.

Симон придвинулся ближе, и пистолет задрожал в руке Мири. Она удержала его, заскрежетав зубами. Габриэль, затаив дыхание, ждала. Действительно ли Мирибель сможет…

Оглушительный грохот расколол тишину в комнате, как если бы могучий дракон напал на гостиницу. Окна разбились, перекрытия закачались, пол под ногами Габриэль вздыбился. Вспышка света ослепила ее. Ее резко отбросило на пол, грудь сдавило. Темнота навалилась на нее, и глаза ее закрылись.

Она, должно быть, потеряла сознание, насколько, она понятия не имела. Когда она открыла глаза, то ощутила себя как в дремотном тумане, и мир вокруг потерял свои звуки, словно ее голова была укутана хлопком. Что-то горячее сочилось по ее щеке. Она дотронулась до щеки и, прищурившись, непонимающе разглядывала красное, липкое вещество на своих пальцах. Кровь.

Габриэль затрясла головой, чтобы рассеять туман, но острая боль пронзила виски. В голове прояснилось, вернулась память. Гостиница «Шартр», охотники на ведьм, Аристид приказал казнить Ренара, Мирибель с пистолетом, нацеленным…

Но пистолет Мири тут был ни при чем, произошли чересчур большие разрушения.