Кувалда мысленно выругался и помедлил с новым ударом, чем тотчас же воспользовался рептал, бросаясь в самоубийственную атаку, безумную и рискованную. Он попытался вцепиться острыми зубами в шею Краснослава, обвился руками и ногами вокруг его тела, как вокруг самой близкой любовницы. Кувалда только в последний момент сумел перехватить его за шею.

Майор почувствовал зловонное дыхание рептилоида, с его зубов, щёлкающих почти у самой шеи, капал смертельный яд. Левский начал драть его когтями, Кувалда не мог перехватить его рук или увернуться. Краснослав подсёк его ногу, они оба упали на мостовую, Кувалда оказался сверху, тут же начиная душить змею, одновременно пытаясь раскроить его зелёную башку о булыжники мостовой.

— Пусти его, живо! — прорычал агент за спиной, и Кувалда услышал, как взводится курок. — Мы будем стрелять!

Но Краснослав не мог упустить рептилоида снова. Левский бился, словно в конвульсиях, извивался, пытался разодрать Краснослава когтями, но потихоньку слабел. Теперь Кувалда видел в его хитрых глазёнках настоящий ужас, осознание близкой смерти, которой боялись все рептилии без исключения.

Раздались выстрелы. Краснослав почувствовал, как раскалённый свинец вгрызается в его тело, словно укусы шершней. Слабость навалилась на него многотонным камнем, и твёрдая хватка славянорусса разжалась сама собой.

Рептилоид жадно вдохнул свежий воздух саднящим горлом, тут же выскользнул из-под тела Кувалды, хищно оскалился.

— Ссссспасссибо, — ухмыльнулся Левский, и тут же пустился наутёк.

Агенты начали стрелять и в него, но многоопытный рептилоид бежал зигзагами, уворачиваясь от выстрелов. Он добежал до набережной и с размаху сиганул в воду. Больше его не видели.

Краснослав проводил его печальным взглядом. На него, словно на тряпичную куклу, надели наручники, майор даже не стал сопротивляться. Всё было кончено.

Глава 50

— Господин! Господин! Он очнулся! — смутно знакомый голос зазвенел серебряным колокольчиком, преисполненный радости.

Послышался звук шагов. Лёгкое цоканье каблучков, сразу следом за ними — тяжёлые шаги подкованных сапог.

Пахнет спиртом, касторкой и кровью. Хочется больше воздуха.

Краснослав Кувалда открыл глаза, с трудом фокусируя взгляд на белых стенах. Жутко хочется пить, пересохшие губы истрескались до мяса. Во всём теле слабость. Кувалда проверил энергопотоки. Местами порваны и перестроены, в некоторых местах энергия петляла и завихрялась, в основном, вокруг источников боли. Волевым усилием майор начал перестраивать течение энергии так, как нужно было ему.

В палату вошли двое, и Краснослав узнал медсестру, это была Аграфена, по-прежнему в коротком белом халатике, из которого так и норовили выскочить роскошные груди. Следом за ней вошёл незнакомый мужчина, в белом халате поверх костюма-тройки.

Кувалда улыбнулся девушке, и та засияла, чуть краснея от смущения.

— Пить… — хрипло попросил он, и Груша тут же поднесла ему стакан воды.

Незнакомец молча наблюдал.

— Лейб-медик Его Императорского Величества, Рихтер, Адамар Аристархович, — степенно представился он, подождав, когда Кувалда напьётся вдоволь.

— Сычёв, Вячеслав Афанасьевич, — представился Кувалда в ответ, но медик махнул рукой.

— Мы знаем, знаем, — улыбнулся он. — Ваш отец здесь, в Петрограде, да и Аграфену к вам приставили не просто так.

— Что с Государем? — спросил Краснослав.

Его и в самом деле интересовала судьба императора. Когда Левский отвлёк его, на улице ещё оставались террористы, готовые довести дело до конца.

— Жив, здоров, передаёт вам свои лучшие пожелания и бесконечную благодарность.