Поэтому Краснослав вышел из аудитории сразу вслед за Ядвигой Грибовской, окружённой смеющимися подружками. Они расположились на подоконнике в коридоре, туда же подошли девочки из других классов.

— А я ему говорю, да ты обалдел! Как тебя Курбская вообще впустила! — посмеиваясь и упиваясь всеобщим вниманием, пересказывала полячка.

Кувалда сделал шаг по направлению к ним, чтоб заговорить с девушкой, но подростковый организм Славика Сычёва дал сбой и отказался подчиняться. Он почувствовал, как завтрак проваливается вниз, проворачивая кишки, будто в мясорубке, а по крови разливается адреналин, заставляя сердце стучать отбойным молотком. Коленки мигом превратились в студень, так, что Краснослав с трудом сумел удержаться на ногах.

Он узнал это чувство. Слышал о нём когда-то. Это был страх.

Горло сдавило в тиски, воздух проходил с едва слышным сипением. Кувалда не сомневался, что голос сорвётся и даст петуха, стоит ему только заговорить.

Он вспомнил, как шёл навстречу пулям, когда с остатками взвода прорывался через эшелонированную оборону рептилий на Инанне-1. Вспомнил, как одной сапёрной лопаткой рубил чешуйчатых гадов, когда провалился в замаскированный блиндаж в джунглях луны Эа. Вспомнил последнюю битву, когда в одиночку вышел против целой армии.

Краснослав улыбнулся. Железная воля пилота Империи сильнее, чем предательские гормоны подросткового тела. Он сделал шаг, твёрдый и чёткий, почти как на параде, разве что вместо трибуны с Императором и генералами здесь был коридор с Ядвигой Грибовской и одноклассницами.

— Ядвига. Отойдём, надо поговорить, — твёрдо произнёс Кувалда.

Десять пар девичьих глаз уставились на него, изучая, словно неведомую зверушку. В глубине этих глаз искрились затаённые смешинки, готовые в любой момент выплеснуться задорным хохотом. Девушки знали, кем был Сычёв, и ожидали увидеть ещё какую-нибудь глупость, которую учудит местный дурачок. Но они не знали, кем был Кувалда.

— Сычёв? Чего тебе? — спросила Ядвига, даже и не думая двигаться с места.

— Поговорить нужно, — повторил он.

Грибовская стрельнула глазками по сторонам, оценивая возможную реакцию подруг.

— Говори, — ехидно произнесла она, мигом поняв, что приватный разговор с Сычёвым может похоронить её репутацию. Разносить и придумывать сплетни умела не только она, и среди её подруг хватало доброжелательниц, которые тут же начнут фантазировать об их с Сычёвым любовных отношениях. Со всеми подробностями.

— Что там с Курбской? Узнать хотел, — произнёс Кувалда.

Ядвига замешкалась. Не этого вопроса она ждала. Она думала, что Сычёв будет просить её прекратить разносить слухи, и хотела заставить его просить, стоя на коленях. Она бы не прекратила, но это было бы забавно.

— А тебе какое дело? — надменно ответила она.

— Старушка, можно сказать, из-за меня пострадала. Так бы она туда и не пошла, — пояснил Краснослав.

— Живая, что ей будет-то, — пожала плечами Грибовская. — А ты правда их догнал?

Кувалда заметил, как все девушки уставились на него в ожидании ответа. Своевольный организм Сычёва попытался взбунтоваться и выбросить ещё порцию адреналина, но Кувалда остался спокоен.

— Догнал. Когда уже карета с моста упала. Кучер лошадей не удержал, — не моргнув глазом, соврал капитан.