Да, сражение в Глоссополисе многому нас научило. Но отнюдь не победа в нем наше главное достижение. Опыт — самое ценное, что мы вынесли из того непростого боя.

Взмахиваю руками в направлении противника, оказывается, так проще контролировать аспект металла. Двадцать гладких и острых метательных лезвий выскальзывают из ремешков на броне, как мыло из мокрых рук.

Лезвия несутся вперед, со свистом рассекая воздух. Морда одной змеи напоминает ежика, она замертво падает, так и не успев выстрелить своим мощным пружинящим телом. Остальные метательные лезвия попадают в цель, но только ранят склизкую тварь.

Она уже выпрямляется из клубка и молниеносно летит на меня. Легко уворачиваюсь от атаки и срываюсь с места. Змея скользит вперед по инерции, но я быстрее. Прыгаю, заношу руки над головой и приземляюсь на тварь. Молот звонко встречается с головой твари и пробивает череп.

Денис и Алена ловко отстреливают тварей, которые так и норовят снести с ног Ивана и Тимура. Оба парня размахивают оружием, рубят клыки и порой, головы. В какой-то момент замечаю, что они резко начинают парировать. Не сразу я понял, что это острые шипы на змеиных хвостах.

Вшух — мимо ребер проносится как раз такой, едва успеваю увернуться. Швыряю молот в ту змею, что хочет в меня стрельнуть. Уже не хочет. И тут же вытаскиваю из-за спины два кинжала аспекта металла.

Огромная черная тварь с кислотно-зеленым капюшоном злобно шипит и двигает хвостом с шипом побыстрее многих профессиональных мечников. Только за счет того, что у меня две руки и в каждой гибкий, юркий клинок, успеваю парировать.

Правой, левой, правой левой и это за одну секунду! Лезвия блестят перед глазами, костяной шип мелькает, будто вспышка. Я быстрее его парирую, чем понимаю умом, в каком месте он оказывается.

Метательные лезвия врезаются в спину змеи, отчего она теряет концентрацию и выбивается из ритма. Тут же ловким движением вонзаю один кинжал в хвост, обхватываю его рукой и ломаю через колено. Теперь опасный шип лишь болтается, как тряпка.

Змея пытается сжать на мне челюсти. Не в этот раз. Духовным молотом ломаю клыки, и рука лишь оказывается в сильном, но беззубом капкане. Давит так, что броня трещит. Впрочем, плевать. Для убийства твари мне хватает и одной руки. Кинжал вытанцовывает, оставляет в одну секунду по несколько колотых ран на чешуйчатой глотке.

К тому времени, как я убиваю еще три змеи, мои бойцы обгоняют по числу перебитых монстров. Неудивительно, их четверо, а я один. Очень скоро змеи заканчиваются, и нам остается лишь собрать из них кристаллы маны, хвосты с шипами, да целые зубы.

— В нашем Подземелье мы бы таких на первом этаже не встретили, — проговорил Иван, сосредоточенно вырезая из туши кристалл маны.

— Нашем? Вы так к нему привыкли? — я улыбнулся на его слова. — То было мало популярное Подземелье и далеко не самое опасное. Я просто хочу, чтобы вы понимали: в этом Подземелье таких тварей, как Лорд Рыцарь, мы можем встретить лишь на пару этажей ниже. Да, вы стали сильнее, но… и условия изменились.

— Да, господин, мы понимаем, — кивнул Денис.

— Главное — развиваться. Искатель всегда должен становиться сильнее, — к нам подошла Алена и показала два отличных змеиных клыка.

— Плохой Искатель — дохлый Искатель, — Тимур долго раздумывал, прежде чем разродился этой мудростью.

Пока мы разделывали туши змей и добывали то, что принадлежит нам по праву, мимо прошли почти в одно время две группы Искателей. Они не были вместе, просто вышли из одного хода, а скрылись в разных. Никто из Искателей не обратил на нас никакого внимания. Вот это я и называю культурой Подземелья большого города. В знакомом нам провинциальном Подземелье Искатели хотя бы из вежливости кивали друг другу при встречах.