— Браво! — громким басом проговорил Гора. — Это было сильно!

Не прошло и секунды, как все начали мне аплодировать. И это не фигура речи! Искатели, действительно, радовались и безудержно хлопали в ладоши. Кто-то благодарил меня добрым словом, кто-то молча хлопал по спине. Так или иначе, свою минуту славы я получил, а затем мы пошли дальше, ведь уже видели небольшую пещеру в скале, что зияла такой привычной непроглядной тьмой перехода.

* * *

Пустыня Вечного Заката, несколько дней спустя.

Федор Алексеевич Двинин шел по следу Искателей уже несколько дней кряду и наконец вышел на пустынный этаж. Жаркий воздух и песок ударили по нему. На верхних этажах главе отделения пришлось немного задержаться, потому что именно на них Подземелье восстанавливало монстров быстрее всего.

Двинин, конечно, шел не спеша, но все равно не был рад тому, что так отставал. Впрочем, ожидаемо: он ведь один, а догнать нужно целую группу. Поэтому Федор Алексеевич считал, что справляется он вполне неплохо, тем более, для своего возраста.

Для Двинина это было уже третье Подземелье за две недели, которое он решил помочь закрыть молодым Искателям. В первом Подземелье его помощь не понадобилась, во втором — стала ключевой, что же до третьего, то Федор Алексеевич не был до конца уверен, что он пригодится, ведь знал состав группы.

А в ней много сильных личностей и Искателей, которые в последнее время были на слуху. С некоторыми он знаком лично, вот только он все никак не мог понять, для чего было отправлять в рейд девушку и парня с противоположными дарами. Впрочем, об этом Двинин не особо раздумывал.

При желании он мог бы взять с собой целую толпу Искателей и такие люди точно нашлись бы. Однако Федор Алексеевич действовал скрытно. А делал он это потому, что прознай о его действиях Федор Михайлович Железняков, такой бы скандал устроил на федеральных каналах, что никому мало не показалось бы. А там, где скандал, там и обострение конфликта, вплоть до чего-то, действительно, серьезного…

Двинин уверенно вышагивал по горячему золотистому песку и любовался бесконечным закатом. Он то и дело останавливался, чтобы приложить руку к песку.

— Нет, пиявка… больше, но тоже мелочь… — ворчал он и шел дальше.

Федор Алексеевич никогда не думал, что в свои шестьдесят два года станет так называемым реформатором. И слово-то какое для его воспитания и мировоззрения — не то чтобы пугающее, но рядом.

Стар он для всего этого дерьма, по крайней мере, так думал сам Двинин. Да и слово «реформатор» ему все еще не нравилось тем, что на уровне ассоциаций находилось где-то с «революционер». Тем не менее, далеко не молодой Искатель просто не мог сидеть сложа руки.

Не мог сидеть с того самого момента, когда узнал от уважаемого ученого — Филиппа Архиповича Саганова — какую угрозу представляют Подземелья на самом деле.

Федор Алексеевич остановился и снова приложил руку к песку. Он почувствовал огромных десятиметровых червей на большой глубине и недовольно сморщился: все еще не то.

Наконец удача! Он ощутил еще глубже очень давящую ауру одного, действительно, циклопического и чудовищно сильного существа. Двинин воспользовался своим уникальным навыком приручателя и направил вниз, сквозь многие тонны холодного песка, мощный импульс.

Не прошло и десяти минут, как Федор Михайлович стоял на голове абсолютно белого или, скорее, выцветшего, тридцатиметрового червя, про которого-то даже в столице знали от силы человек десять.

Двинин держался за его двухметровые толстые щетины, как за вожжи, и велел мчаться к переходу на следующий этаж. Разумеется, после такого по Федору Алексеевичу ударит сильнейший откат, ведь его дар приручателя, как он сам говорил, немного поломан, отчасти проклят…

Но оно все равно того стоило!

Двинин сэкономил много времени, а, кроме того, он вспомнил свою молодость.