— Что с ним⁈ — встревожился Денис.

— Тихо, — я жестом велел ему замолчать, а сам прислушивался к словам Макара.

Остальные участники нашей группы, те, кто не спали, тоже встревожились и потому выглядывали со своих сидений. Алина уже стояла рядом, но помогать не спешила. Все мы помнили, что для нее значит исцелять одаренного с даром тьмы.

— Это может быть опасно для нас⁈ — взволнованно спросил артефактор, он явно побаивался оказаться в одном самолете вместе с одаренным силой тьмы, который неожиданно испытал энергетический выплеск.

И мне такая перспектива нисколько не нравилась, однако нужно было попытаться выудить хотя бы кроху информации. Именно поэтому я терпеливо выжидал, внимательно вслушиваясь в слова. А тут подоспели и стюардессы, которые решительно просили разбудить Макара.

Так или иначе, я был вынужден согласиться с ними, ведь совсем не мог разобрать слова, которые в странном бредовом сомнамбуле бормотал Макар. Все равно уже записал отрывки на диктофон, этого хватит.

Только я потянулся к мужчине, чтобы его разбудить, как Иван заметил, странные переливы на приоткрытом участке шеи. Я дернул черный плащ и заметил, как кожа Искателя на этом участке переливалась разными цветами. Причем, что самое удивительное, такое чувство, будто бы цвет напрямую зависел от испытанных во сне эмоций.

Например, когда Макар вдруг улыбался, оттенки становились яркие и красочные — зеленые, красные, оранжевые. Если же он злился или пугался — темные, тусклые: от серого до черного. И это могло продолжаться дальше, но хватит уже с него пыток, да и потом, это ведь может быть опасно для нас. Я осторожно разбудил Макара, от чего он вовсе не был в восторге. Первые несколько секунд пучил глаза, тяжело дышал и обливался потом.

— Сердце в пятки ушло, — прошептал он. — Как же хорошо, что это закончилось!

— После пробуждения стало лучше? — спросил я, жестом успокаивая стюардесс и остальных встревоженных.

— Да, нормально, — устало кивнул он.

— Шанс спонтанного выплеска энергии?

— Нет-нет, я себя контролирую, — уверенно заявил Макар.

Перелет прошел легко только для одного человека и это Виктор. Он еще на взлетной полосе опрокинул свою «секретную настойку» от страха и уснул без задних ног. И да — цвет его кожи не менялся, а изо рта не вылетали слова на неизвестном языке.

* * *

На следующий день мы полным составом собрались в отделении Гильдии Искателей. Ирина Николаевна пообещала, что позовет специалистов, которые, возможно, помогут нам выздороветь и исследуют более внимательно то, что с нами произошло. Кроме того, нам нужно было все снова обсудить и решить, что делать дальше.

Сначала нас исследовала Алина: из-за своего редкого дара она восстановилась после Подземелья быстрее всех и хотела помочь. После нее у нас взяли анализы, и речь не только про пластиковые баночки с красными крышками, но и разные тесты с использованием специального артефактного оборудования.

Да много чего еще было, а закончили мы только часа через три и как раз собрались в столовой, чтобы все обсудить. Благо, Сокурова вежливо попросила остальных Искателей на выход, чтобы мы остались без лишних ушей.

— Я и мои специалисты полагаем, что контакт с разрушенным монолитом оставил след на энергетических структурах ваших тел, — медленно, видимо, чтобы дошло до всех, проговорила Ирина Николаевна и добавила: — Особенно это отразилось на Искателях, чувствительных к ментальному и астральному составляющему.

Деловые мужчины и женщины, что изучали нас предыдущие несколько часов, кивали и с умным видом поедали сосиски в тесте с чаем.

— Я, конечно, так сложно не скажу, — стушевалась Алина, — но, да, я согласна, какой-то такой эффект и есть.