Истий снова переглядывается с Леве:

— Какой ранг у твоих наставников?

— Великие паладины.

Леве кивает, и Истий рявкает:

— В одну ночь лишить этих тварей сразу двух древних Кровавых? Что может быть лучше? Клянусь Хранителями, мы ещё и останемся в выигрыше! Вставай, Лиал, нам нужно назад.

Эпилог

Суав, владетель Великого дома Верде с недоумением переспросил:

— Ваше величество, вы уверены, что нужно нарушить традиции Кузни? Столетия мы проводили посвящения на главных алтарях…

И замолчал под гневным взглядом короля Лавоя. Внешне, круглолицый, тучный, он не производил ни впечатления могучего идара, ни жёсткого человека. Но лишь внешне. Любой, кто был близок к королевскому двору, знал, как обманчива его внешность. И знал, как он бывает скор на расправу в гневе.

Король Лавой смерил взглядом Суава и процедил:

— Треть войска мертва, десятки погибших идаров, пять Домов потеряли владетелей, один Дом и вовсе вычеркнут из списка родов королевства.

Стоявший в нескольких шагах юноша поправил:

— Ну, погибли только мужчины этого Дома.

Король Лавой отмахнулся от слов наследника:

— Ты веришь, что её дочь сумеет стать главой, Унир? Они и так были Малым домом, теперь же резко потеряют в силе крови. Их ждёт только забвение. Первые же Игры Предков все расставят по своим местам. Вычеркнуть их сейчас, позволив сохранить время и деньги, было бы милосердней, чем ждать, пока Игры рассеют осколки их Дома.

Унир кивнул:

— Ты прав, отец. Я лично предложу это им.

Король Лавой перевёл взгляд на Суава:

— Ты сам не уберёг треть своих птенцов, — Суав сдержал гримасу, не позволил ей исказить лицо. — И в такое время ты предлагаешь мне подождать ещё неделю, пока твои птенцы не доедут до Фулгурана и его алтаря? Открой глаза. К нам пришла война. Реол начал полноценную войну, которой не знал ни мой отец, ни мой дед. Не ради этих ли дней существует Кузня? Уже завтра Кровавые воины реольцев могут ударить снова и тогда что? Скольких ты довезёшь до алтаря Фулгурана?

Унир хмыкнул:

— Не думаю, отец. Их затраты на ритуал, их потери древних тоже велики.

Король Лавой не оборачиваясь, ткнул в его сторону пальцем:

— Помолчи, — и уже Суаву сказал. — Мне нужны идары, мне нужны Паладины и Великие паладины, которых я могу назначить главами отрядов. Здесь, сейчас. Не дожидаясь, когда подойдут Дома. Поэтому посвящение тоже пройдёт здесь и сейчас.

Унир негромко произнёс всего одно слово:

— Леве.

Король поджал губы, покрутил в воздухе пальцами:

— Я помню, Суав, что у тебя там традиция выделять лучших. И что вроде как у таких первых и дары Хранителей сильней.

Суав кивнул:

— Так и есть, ваше высочество. Чем больше приложил усилий птенец, тем больше будет дар Хранителей. Это давно установлено. Такие птенцы лучше всего перековали свою кровь, — сделав на мгновение паузу, Суав добавил. — И ваше зелье.

Король Лавой кивнул:

— У тебя есть такой Лиал из Малого дома Верде. Пусть он идёт первым. Дочь просила наградить того, кто так вовремя бросил камень на чашу весов в её схватке.

Суав поджал губы. Лиал, птенец, который едва не выгорел, превратив ихор в своей крови в шлак, и первый? Тот самый Лиал, который принёс ему столько унижений с судьёй, и награда?

И что бы ему не сдохнуть прошедшей ночью? Освободить Кузню и его от стольких проблем? Клянусь Хранителями, если он снова опозорит меня…

— Хорошо, ваше величество.