И везде они такие молодцы — разносторонние, живые. Вот на велосипедах катаются, вот на катере едут, лежат на матрасе посреди моря, стоят на роликах. Прям противно смотреть на такую жизнерадостность.

Меня смущало лишь две детали. Первая — вся комната была залита мелкими каплями крови, и фотографии в том числе. Будто здесь пытались зарезать какое-то прыткое существо тупым ножом. Ну, и вторая — то, что дочка на фотографиях была Алисой.

— Твои родители и брат, — выступил я в качестве капитана Очевидности.

— Ага, — тихо ответила она.

— Алиса, не сочти за грубость, но что ты хотела больше всего, когда шла сюда?

— Это очень просто, — пожала руками она. — Я хотела быть полезной. Открыть наконец свои навыки.

— И… — продолжил я.

— И ничего. Это какая-то загадка, понимаешь, Шип. Загадка в них! — ткнула она пальцами в родителей. — Странное дело, я помню маму, брата, отца, но это будто бы старые воспоминания. Очень, очень старые. Ненастоящие. Именно теперь я вспомнила, что все они мертвы. Разбились на машине несколько лет назад. Я была там, видела эту кровь, тела, но решила забыть.

Я мягко положил ей руку на плечо. Помолчал, но все же спросил.

— Думаешь, твои родители — это ключ к способностям?

— Не знаю, я так устала, — Алиса повернулась. В глазах у нее застыли слезы, готовые вот-вот сорваться.

Ох, не люблю я этого всего. Пришлось обнять девушку, чтобы она действительно не разревелась.

— Шип, ты меня не бросишь? — спросила она каким-то наивным, детским голосом, глядя мне в глаза. Ну, и куда, спрашивается, делась та самая стерва?

— Только если ты умрешь или я найду кого-то получше, — вспомнилась мне старая присказка.

— Дурак, — ответила Алиса и прильнула к моим губам. Сначала вроде бы нежно, но с каждой секундой ее настойчивость росла.

В принципе, я был бы не против. Если бы случилось это не в моем теперешнем, не до конца боевом состоянии, не тогда, когда времени практически не было, да и не здесь. Я не ханжа, но трахаться с девушкой, когда со всех сторон на тебя смотрит ее улыбающийся папаша — не входит в топ моих фетишей.

Благо, останавливать раздухарившуюся красотку мне не пришлось. Бомбоубежище словно вздрогнуло, мигнул свет, а после зашуршало нечто под потолком. Я запоздало понял — динамики. Здесь они тоже были.

— Дорогие жители и гости города, департамент по охране, контролю и регулированию использования животного мира, а также администрация Города благодарят вас за оказанное содействие в регуляции численности бродячих собак. Особо хотим отметить дружину Шипастого, как наиболее успешную группу. Администрацией города всей дружине выделены памятные подарки, оружие и еда. Поздравить Шипастого и его группу вы сможете в любой момент, как только они вернутся из парка.

— Шиииип! — с громкостью сирены заревела Гром-баба.

Я выскочил в общую комнату, тяжело дыша и взбудораженный от пяток до макушки.

— Шип, объясни, почему мне не нравится это объявление? — попросила Гром-баба.

— Потому что Голос не дает ничего просто так, — скрипнул зубами я. — И теперь весь Город знает, что у Шипастого и его группы есть еда и оружие. И что, самое главное, мы живем где-то возле парка. Что существенно сужает район поисков для незнакомых нам людей и вполне ясно показывает, где мы находимся для уже знакомых. Другими словами, Голос нас очень сильно подставил.