Вечером мы сидим на кухне квартиры двадцать восемь, пьём чай с клубничным бисквитным рулетом из магазина. Магазинные рулеты, даже с кремом, покупать можно, потому что они в упаковке, и Лиля покупает их сразу по пять штук, разных вкусов. И мы всё время пьём с ними чай.

– А потом Юля выглянула, помахала всем рукой и бросила оставшиеся цветы, – заканчивает Лиля рассказ. – И половина моей премии полетела в зал.

– Что? – не понимаю я.

– Ничего. Возьми ещё рулета.

– Тебе понравилось выступать? – спрашивает Миша.

– Выступать понравилось. Но я хочу другое амплуа.

Миша давится сигаретой.

– Твоё воспитание, – фыркает Лиля. – Таскаешь её по закулисью, вот результат.

– Подожди ещё, вырастет и захочет в театральное поступать, вот уж мы наплачемся.

– Нет, – я мотаю головой. – Я не хочу быть артисткой, когда вырасту. Когда вырасту, я буду писателем.

Миша снова давится сигаретой. Лиля снова фыркает.

– Но, может быть, и врачом, – спешно добавляю я, чтобы она не расстраивалась.

Мне, кстати, недавно подарили настоящие шприцы, с настоящими иголками, и я учусь колоть задницу рыжему медведю Айке. Так что выбор ещё не сделан окончательно.

Буду писателем

Конец третьего класса. Пора определяться с профессией. Ну а как? Будущее уже не за горами, туда-сюда, школа закончится. Все в классе так или иначе озабочены вопросом, кем будут, когда вырастут. Ирка Лазарева вон вообще рыдала целый день, потому что Галина Сергеевна пообещала ей тройку по математике в четверти. А доброе трио девчонок – Настя, Маша и Катя – сообщили Ирке, что с тройками в среднюю школу не берут. И идти ей теперь в дворники, других вариантов нет.

У меня вариантов, как вы знаете, три. Либо врачом, как Лиля, либо писателем, как Миша. Либо артисткой, но так как мне всё ещё не дают сольных партий в хоре и даже в «первые» голоса до сих пор не пускают, этот вариант под вопросом. Но в целом я колеблюсь, пока не случается событие, определившее всю дальнейшую судьбу.

Мы проходим по чтению рассказы Сергея Алексеева из сборника «Птица-слава». Рассказы напечатаны прямо в учебнике, две штуки. Один про Бородинскую битву, неинтересный. А второй про Суворова. Про то, как Александр Васильевич вместе со своими солдатами в походе щи хлебал да кашу ел. Чем больше я читаю, тем больше мне нравится Суворов. Худенький, остроносый и остроглазый, седой и, кажется, очень умный и ехидный. Да, в учебнике ещё и картинка есть. Жаль только, рассказ короткий.

Дома я озабоченно роюсь на полках Мишиной библиотеки.

– Что ищешь?

Миша сегодня дома. У него отпуск, творческий. Он дописывает книгу про театр. Осталось написать последнюю главу, всё отредактировать, потом дождаться, пока мама напечатает всё на компьютере. Тогда Миша ещё раз проверит и отдаст в издательство. А, ещё надо обложку выбрать. На столе лежат несколько вариантов обложки: он склоняется к светло-зелененькой и очень переживает, что она будет слишком мягкой, из тонкого картона. Потому что денег администрация города выделила мало.

– Никому культура теперь не нужна! – возмущается Миша. – Вот раньше такую книгу с руками бы оторвали! А теперь… Так что ты ищешь?

– Мне нужна книга про Суворова, – говорю я.

– Про Суворова…

Миша озадаченно смотрит на полку с томиками ЖЗЛ.